Шайтан Иван 5

* * *Зимний дворец. Кабинет императора Николая.

Цесаревич привычно присутствовал при докладе Бенкендорфа сидя в кресле за спиной отца, слева. Он редко вступал в разговор. Молча присутствовал.

Выслушав очередной, еженедельный доклад Бенкендорфа, император спросил.

— Александр Христофорович, что происходит в иностранной Коллегии. Нессельроде просит угомонить графа Васильева.

— Ваше величество, я говорил с его сиятельством и он в своё оправдание предоставил мне документы по которым в его восточном отделении числится тридцать четыре человека.

Из них, в реальности, исполняют службу шестнадцать человек. Остальные числятся или просто время от времени присутствуют. А когда я увидел суммы, которые регулярно получают данные сотрудники, то совершенно растерялся. Прошу вас ознакомиться. Бенкендорф положил на стол перед Императором несколько исписанных листков. Николай внимательно причитал их.

Он долго молчал.

— Вы уверены в правдивости написанного?

— Да, ваше величество. Мною был отдан приказ негласно проверить сведения, всё совпадает.

Помимо этого вскрылись факты присвоения должностных окладов не работающих служащих и множество мелких нарушений. Не сомневаюсь, что подобные нарушения наличествуют в других подразделениях Коллегии. Ваше императорское величество…. — Бенкендорф замолчал, как бы раздумывая, стоит ли продолжать.

— Что же вы, Александр Христофорович, продолжайте. — раздражённо проговорил император.

— Вчера я получил предварительную докладную о работе моего сотрудника посланного на Кавказ, для проведения аудиторской проверки интендантской службы.

Надворный советник Куликов. Я вам докладывал ранее по поводу докладной записке полковника Баровича, начальника жандармского управления Кавказского округа. За два месяца работы Куликов собрал материалы по всем доказуемым делам. С его слов это только половина по чему он закончил вести расследования. Масштабы коррупции и воровства ужасают.

— Где этот доклад? — лицо императора потемнело от едва сдерживаемого гнева.

— Он у меня, ваше величество, я не успел полностью проработать его.

— Хорошо, после предоставьте его, с вашими пояснениями и задерживайте, Александр Христофорович.

— Слушаюсь, ваше величество. Разрешите быть свободным.

— Да, не задерживаю вас более.

Бенкендорф поклонился и вышел из кабинета. Повисла тягостная тишина. Александр, понимая в каком состоянии находится отец, не решался начать разговор.