Злодейский путь!.. Том 11 (СИ)

Шен понял, что загнал себя в патовую ситуацию: духи не собирались сдаваться, пока он удерживает одного из них, а он не мог двинуться, чтобы убежать или попытаться отогнать их талисманом. Нет, он ни за что не сделает этого снова — не использует их жизни ради «высоких» целей. И пусть это, конечно — КОНЕЧНО — не те самые хрупкие, он отчего-то не мог думать о происходящем иначе как о шансе искупить вину.

Похоже, лечебное обертывание Онэ немного защищало от ударов — больше всего доставалось плечам, а еще, кажется, начали тлеть волосы.

Дух в его ладонях затих, но остальные не желали сдаваться. Сколько они продержатся? Может, скроются с наступлением рассвета? Главное — контролировать свою силу и случайно не навредить им.

Лоб упирался во влажную траву, колени утопали в воде. Вот бы раствориться, соединившись со мхом, стать одним из болотных духов, живущих в высокой траве. Эта болотистая равнина такая красивая.

Неожиданно спину обдало холодом, а мелкие удары прекратились. Шен помедлил мгновение, а затем несмело приподнял голову.

Перед глазами мелькнуло нечто эфемерно-светящееся на фоне темной травы, и он вновь пригнулся. Только спустя несколько секунд он осознал, что видел часть одежд Муана.

Шен резко сел и осмотрелся по сторонам, продолжая держать в руках оскверненного духа. Алые хрупкие затаились в высокой траве. Похоже, все остались живы.

— Тебе не следовало этого делать! — все же не сдержался он. — Ты не знаешь, что случится от контакта с духами! Ты не понимаешь, что это было опасно?!

Опустившийся на колени напротив него Муан выглядел несколько обескураженным.

— Опасно для кого? — уточнил он.

В данный момент Шен и сам не знал, за кого переживал больше. Это было в любом случае опасно! Муан мог пострадать от обжигающей энергии хрупких, и те тоже могли пострадать от энергии мечника, ведь в том еще должно было остаться что-то от силы мерцающей тьмы Шена.

Так как объяснять свои опасения было долго, Шен вспомнил, что собирался с ним не разговаривать. Он посмотрел на свои ладони — он с таким напряжением держал их в одном положении, что мышцы свело.

Даже в темноте было видно, что пальцы почернели от скверны. Дух не двигался, но Шен отчетливо ощущал его прикосновение к коже: он устроился в центре левой ладони, прямо на киноварной печати ликориса.

— Послушай… Может быть, поговорим? — негромко произнес Муан. — Я был не прав. Я очень сожалею, что сказал эти… эти отвратительные слова.

Шен помолчал, прислушиваясь к себе.