Сердце дракона. Том 3

 – И что ты мне прикажешь делать, Хадж?! Смотреть на то, как ты горишь?

– Все мы горим, – улыбнулся Хаджар. – каждый – в своем собственном огне.

– Философ, демонов.

– Принц избалованный.

– Психопат босоногий.

Неро отвернулся и что-то вытер со щеки. Он поднялся и направился к двери. На мгновение остановившись, он потянулся к рукоять Лунного Стебля, но в последний момент остановился.

Не оборачиваясь, он произнес:

– Живи свободно, мой друг.

– Умри достойно, мой брат.

Глава 247

Как и предполагал Хаджар, Примус не решился навестить узника перед казнью.

"Пока четыре соотечественника заковывали Хаджара в кандалы, воин пристально следил за ними. Попутно он щедро одаривал Хаджара пинками, словами о превосходстве империи и том, что такой червь как Хаджар не достоин дышать с ним одним воздухом. Что-то про деревенщину, про босоногих Лидусцев и прочее.

И если сам Хаджар сносил все это со стоическим выражением лица, то стражников сильно задевало. Они выглядели побитыми псами, скулящими перед жестоким хозяином. Их руки дрожали. Их лица источали боль и сожаление.

Когда на запястьях и лодыжках Хаджара защелкнулись тяжелые кандалы, стражники бережно подняли узника на ноги.

– Несите этот мусор на выход, – распорядился имперский легионер.

Бросив очередной, полный презрения взгляд в сторону Хаджара, он вышел из камеры первым.

Стражники послушно повели Хаджара на выход. Тот не мог передвигаться иначе, кроме как мелкими, шаркающими шажками. Больше не позволяли кандалы и цепь. Та соединяла не только лодыжки, но и протянулась от запястий в центр – вниз. Это мешало Хаджар поднять руки выше уровня пояса.

У самого выхода, один из стражей будто специально споткнулся. Хаджар почувствовал как нему за пояс поместили что-то небольшое и твердое.

– Это пилюля со смертельным, безболезненным ядом, – прошептал на ухо стражник.

Хаджар с удивлением посмотрел на стражей, но те старательно прятали взгляды в пол. Внезапно Хаджар понял, что они выглядели побитыми псами вовсе не из-за слов легионера. Удивительно, но так на них повлиял тот факт, что им собственноручно приходилось подготавливать своего кумира к смерти.

Хаджар их прекрасно понимал.

Перед глазами вновь всплыло лицо Атикуса. Демонов “несчастный генерал”.