Сердце Дракона. Седьмой Том. Часть 2

Делал он это с таким видом, будто прощался со старым другом. — Им надолго хватит пепла вулканов, а Руда Откровения сдержит их попытки разлететься по округе.

— Сколько времени?

Хельмер вновь сверкнул улыбкой.

— Пять, может шесть тысяч лет, а затем они станут настолько сильны, что какой-то из империй придется несладко, — внезапно улыбку демона померкла и он снова повернулся к звездам. — Маленький дурак, — прошептал демон. — никому из нас не суждено обмануть законы.

— Ты его знал, — не спрашивал, а утверждал Хаджар.

Хельмер обернулся. Его лицо не выражало ровно никаких эмоций. Полностью серый, он выглядел каменным изваянием.

— Как давно догадался?

— Догадался о том, что все произошедшее за последние недели — твоих рук дело? Примерно за секунду до взрыва.

Хельмер хмыкнул и отвернулся. Он закупорил горлянку и швырнул её в рой своих кошмаров. Те мгновенно окутали её черным, шевелящимся покровом, а когда разошлись, то емкости уже не было.

— Ну, с пиратами это совпадение, — в голосе Хельмера звучала явная насмешка.

Правда, открывшаяся Хаджару перед предполагаемой гибелью, заключалась в том, что никакого предсказания на деле не существовало.

Сон, который приснился шаману орков, был не более, чем кошмаром, навеянным Хельмером. Тот специально обставил все так, чтобы Хаджар, в компании Степного Клыка, отправился к Да’Кхасси. И именно благодаря этому кошмару орки, снявшись с о своих земель, отправились глубже в империю.

Хотя, на самом деле, причин для этого не было ровным счетом никаких.

Впрочем, стоит начать по порядку. Разложить, так сказать, по полочкам…

— И что же меня выдало? — Хельмер вновь уселся на стул и протянул руки к костру. Так, словно ему было холодно.

— Битва на крыше, — пояснил Хаджар. Он, приняв полулежачее положение, без всякого страха взял пиалу, стоявшую рядом с ним и выпил содержимое. В ней плескалась та же медовуха, что пил демон.

Хельмер указал себе за спину. Там, прислоненным к камню, лежал Дерек. Если исключить то, что его лицо от правого виска до левой скулы пересекали три огромных шрама, один из которых лишил его правого глаза, то выглядел он лучше остальных.

— Слабаки, — с наигранной грустью вздохнул Хельмер.

— Именно это тебя и выдало.