Семена Апокалипсиса. Книга 3

Посмотрел назад он заметил, что БФГ от него почти не отстаёт. Неудивительно, ведь физические характеристики у него были в приоритете развития, как и у Энергеника, но последний сейчас тащил рюкзаки Баст и Дайме – самых немощных членов группы. Он давно сделал вывод, что недостаток лидерских качеств тот замещает «отцовским» отношением к членам команды.

– Бросайте сумки и мчите изо всех сил! – крикнул Артем. Больше для них он уже ничего не мог сделать. Во всяком случае, не ценой своей жизни. Развернувшись, он продолжил бег.

Внезапно позади раздался крик. Артём повернулся на звук и заметил, что растяпа Дайме повредил ногу и теперь не может идти наравне с остальными. Ожидаемо: местность перед горой не подарок. Энергеник подхватил его и теперь фактически нес. Прекрасной души человек этот Энергеник, но командир, конечно, бестолковый. Было ли его поведение таким всегда или это своего рода искупление за то, что именно он затащил этих людей в «сквозной» – непонятно.

Стена тумана почти догнала. Если она не остановится – это конец. Но так не должно быть. Система должна дать им шанс. Артем следил за передвижением границы. Если она не замедлится на расщелине, отделяющей гору от остальной части «осколка», он использует доступные явления и зелья для ускорения, чтобы бороться до конца.

Они с БФГ, а за ним и Баст преодолели мост и теперь бежали дальше.

Командир, так же оценив этот момент, сделал то последнее, что считал правильным. В последний момент закричав, сделал рывок, скорее всего используя навык. На инерции он швырнул Дайме вперед. Мгновением позже туман накрыл его. Продвинувшись еще на несколько метров, стена остановилась, достигнув примерно середины провала, окружающего гору.

– Кажется закончилось! – Артём остановил БФГ и Баст.

Обойдя напарников, упавших на землю и с какой-то отрешенностью глядящих на мост, он осторожно двинулся к замершей границе. На ощупь она все также отталкивала руку. Почему же тогда, смещаясь, она поглощает игроков?

Вернувшись, он отвел в сторону БФГ. В группе он был самым циничным, а потому сейчас более-менее был способен принимать здравомыслящие решения.