Семь Нагибов на версту часть 2

Лениво приоткрыв глаза, я увидел, что по соседству расположилась дама лет эдак шестидесяти, которая с любопытством рассматривала мой охлаждающий конструкт.

— Вам такой сделать? — сегодня я был настроен очень благодушно.

— Если не затруднит."

"Люблю и уважаю вежливых людей. А еще тех, кто не ломается и говорит прямо, чего ему или ей надо. Чуть концентрации, и над ней появился такой же охладитель, как у меня. Удерживать его было легко и незаметно. Привязал к себе, да и все. В радиусе метров пятисот от меня он будет работать, пока подпитывающий канал не оборву.

— Благодарю. Это очень кстати.

— Не за что. Мне нетрудно, а вам приятно.

— Простите, если навязываюсь, но не могли бы вы пояснить, как вы одновременно, без напряжения удерживаете два сложных конструкта?

— Сложных? — от удивления я аж привстал. — Да они сама простота. Легкий ветерок и линза воды — вот, собственно, и все.

— И все? А то, что ветер дует в постоянной силой в одну точку? А то, что линза висит в воздухе и не разваливается? А то, что они работают синхронно, и то, что их у вас два, а вы даже не напрягаетесь, удерживая их?

— Да? Вы столько слов сказали, что я сам поверил, как это сложно.

— А еще сможете создать? — в бабульке проснулась исследовательская жилка, но я уже устал болтать и решил пойти окунуться.

— Сколько угодно. Однако его мне мало, и я, пожалуй, пойду искупаюсь.

Легкой разбег, ветер в ноги, и я взлетел метров на сто в высоту и улетел далеко в море, где рыбкой ии шел в воду. Сюда народ не заплывал и можно было побыть в тишине. Создаю водяной матрас и вот уже качаюсь на волнам, периодически окутывая себе водой. Иногда я погружался с головой, иногда наоборот, пытался парить на морем. Развлекался, в общем.

Вернулся — черт, оказалось, далеко свалил! Плетение магического кондиционера уже развеялось — я создал новое. Бабульки рядом не было — она плескалась в воде со своими, судя по всему, внуками.

Но моя нирвана продлилась недолго — бабка, похоже, решила, что нашла дармовые уши и решила ими воспользоваться. И мне это было непонятно. Аристократы — а иных на пляже быть не могло, — очень трепетно относились к личному пространству. И не любили, когда его нарушают.