За руку с ветром

Но на следующий день приехал домой не так поздно и купил маме цветы, а мне – торт. Тогда у нас дома случилась чуть ли не целая трагедия – маме показалось, что папа как-то не так себя ведет, и она два дня обсуждала со своей близкой подругой по телефону, что «Женька стал какой-то подозрительный, как будто бы вину заглаживает, зачем ему еще подарки мне неожиданно дарить?». Успокоилась мама только через пару дней, когда у нас в гостях побывал дядя Гоша, тот самый папин коллега, которого мы однажды встретили с Дэном на улице.

– Пап, тебе он правда нравится? – спросила я еще раз.

– Твой Денис – очень хороший парень. Я рад, что ты нашла себе достойного молодого человека, – отозвался родитель, не отрывая взгляда от дороги.

– Правда?

Я зажмурилась от удовольствия. То, что Смерч нравится моим родителям, было для меня очень важно.

– Нет, вру.

– Папа!

Он хитро улыбнулся.

– Зачем я буду тебе врать? Я людей умею чувствовать. Когда еще я вас встретил в мае, он мне понравился.

– Что?

– Он не использует это против других.

– Ну, когда как, – вспомнила я тут же его хитрость насчет того, что он якобы любит Ольгу. Но, кстати, Дэнв был прав – если бы он сказал, что просто хочет помочь своей старинной подружке, потому что та боится встречаться с Ником и хочет его от себя отвадить, я бы не стала с ним общаться. Ведь я бы в жизни не поверила ему, что Кларский – бандит и что сам Денис просто так хочет помочь Князю, которую, как оказалось, знает со школы! А так для меня был веский аргумент: Смерчинский, как и я, – несчастный влюбленный.

«Ура, у нас есть свой стратег! Аве стратегу!» – тут же начали строчить головастики.

– Я, Мария, насмотрелся в своей жизни на людей, которые умеют заставить себе доверять, – усмехнулся отец, поворачивая направо. – Обычно это огромный соблазн.

– Соблазн?

– Конечно.

– Смерчик такой, – закивала я.

– Он хороший защитник. А это главное в мужчине – уметь защитить свою жен… девушку.

– Да?

– Да.

– Ну, дерется он прикольно, – отозвалась я, вспомнив сценку около кафе. – Правда, я сначала думала, что он слабенький и хиленький, но он просто открытого насилия не любит.