За руку с ветром

Через несколько лет ты бы не выдержал такого контроля и психологического давления – так она думала, потому что понимала – по-другому она не сможет. Она писала, что ревность и страх сделали бы свое дело. Твоя свобода стала бы ее ядом. А ее желание спрятать тебя ото всех в клетку – твоим. Инна была и ушла. Она бы все равно ушла. Понимаешь? Так или иначе. Она стала этого желать. Ты ведь прочитал, ты все понял, – горько сказала Оля. – У тебя это были первые серьезные отношения, твоя первая любовь, а у нее – любовь-болезнь, потому что я не знаю, как по-другому назвать эти чувства.

– Понимаю, – произнес отстраненно Дэн.

– Рано или поздно ты бы вырос из Ромео. И еще, Денис. Любовь сильнее смерти, – вдруг сказала Князева. – Понимай, как знаешь. Любовь дает силы жить, бороться, а не заставляет… хотеть… уйти, – с трудом договорила она.

Несколько минут и парень, и девушка молчали. И тишину опять разрушил голос Князевой:

– Одна девушка за тебя борется.

– Не главная, единственная, – тихо поправил ее Дэн, о чем-то крепко задумавшийся. Под глазами его залегли тени и он казался старше.

– Да, ты прав. Прошлое – это прошлое. А настоящее – это уже совсем другая история. Я хочу, чтобы моя сестра осталась в тебе. Но не в сердце, а в памяти, – коснулась Ольга кончиками длинных бледных пальцев своего виска.

Денис взлохматил волосы.

– Мне надо подумать. Уложить все в голове. – И почти час они молча сидели за столом. Ольга слушала уютное тиканье часов и шорох листвы, а Смерч – свои собственные мысли.

– На чем ты приехала? – вдруг спросил он. Оля от неожиданности вздрогнула.

– Такси заказывала. Оно еще ждет, мы с водителем договорились, – ответила Князева.

– Поехали обратно в город, Оля, – сказал Дэн и встал.

– Я… Я все сделала правильно? – подняла на него голубые тоскливые глаза девушка.

– Да. Ты все сделала правильно, – твердо ответил Смерч. – Я соберу вещи, и мы поедем. Ты не против?

– Я – за.

Вещи парень собрал и правда быстро, и вскоре они, закрыв опустевший дом, остановились у открытых ворот.