За руку с ветром

Через какое-то время в комнату вернулась и успокоившаяся Татьяна, затаившая обиду на гостя. Глянув на экран телевизора и увидев, что смотрит ее гость, она только головой покачала.

– Я дозвонилась брату. Через часа полтора он откроет дверь, и ты сможешь уйти, – сказала она нейтральным тоном, сделала вид, что крайне занята своим мобильником.

Все это время они молчали. Челка пытался заговорить с девушкой, однако она односложно отвечала на его вопросы или просто игнорировала его, мечтая, чтобы этот пингвин поскорее улетел.

Апельсиновый сок мигом оказался частично на полу, а частично – на футболке Челки, благо, она была черной.

– Прости, – в священном ужасе уставилась на него Таня, мигом подобревшая и почувствовавшая себя виноватой. Она сама относилась к своим вещам с большой осторожностью, и когда кто-то что-то портил ей, сильно расстраивалась, но не менее сильно переживала Таня и тогда, когда кому-то что-то случайно портила сама.

– Прости, – повторила она. – Я все постираю.

– Да ладно, – фыркнул парень и стянул с себя футболку, оставшись в джинсах с заниженной талией. Фигура у него была обычная, без внушительных бицепсов, огромных трицепсов и шести кубиков на прессе. Челка был вполне себе худощавым и гибким, слегка загорелым, хотя такие, как он, за лето обычно покрываются едва ли не бронзовым загаром, проводя время на свежем воздухе или занимаясь активным отдыхом.

– Мне неловко, – призналась девушка. Что же за день сегодня такой? Явно не ее.

– Чего тебе неловко? – уставился с изумлением на нее Челка. У них, видимо, были совершенно разные системы ценностей."

"– Что так вышло.

– Забей, киса, – подмигнул он ей. – Всякое бывает. Ты же не горшок с помоями на меня вылила.

– А что, на тебя выливали? – округлились глаза у Татьяны. Едва представив, что ее кто-то облил чем-то подобным, она вздрогнула от отвращения.

– Не на меня, а я, – ухмыльнулся весело парень и стал рассказывать, как веселился в раннем подростковом возрасте и прикалывался над друзьями, зазывая их под балкон и обливая, чем попало.

– Кошмар какой, – искренне сказала Таня, наблюдая за тем, как болтающий с легкой душой Влад занимается стиркой.