Счет

– Я сам на себя злюсь! – Я тяжело вздыхаю, думая о масштабах того, что натворил. Горло пощипывает. – Я… Мне не хватает Максвелла.

– Я понимаю, – шепчет Гаррет.

– Меня убивает то, что я никогда больше его не увижу.

– Я понимаю.

Спустя секунду Гаррет удивляет меня, крепко обняв. Не вскользь, не быстро, а по-настоящему обняв меня обеими руками и крепко стиснув.

Я обнимаю его в ответ.

– Прости, мужик. И за дом. И за то, что постоянно пил. За все.

– Я понимаю, – говорит он в третий раз.

Дверь приоткрывается.

– Можно нарушить ваш интимный гомоэротический момент?

Я слабо смеюсь, когда входит Логан. Гаррет отходит в сторону, и теперь меня обнимает Логан. Его объятия не такие долгие, но такие же умиротворяющие.

Логан хлопает меня по спине и говорит:

– Поедешь сегодня на тренировку?

При этом он внимательно изучает мой левый глаз.

– Похоже, у меня нет выбора, – со вздохом отвечаю я. – Поеду, конечно, а там пусть тренер решает, выпускать меня на лед или нет. Хотя, увидев этот фингал, он, наверное, отправит меня в тренажерку.

Честно говоря, мне совершенно не хочется ехать на тренировку. Мое единственное желание – отправиться в Бристоль-Хаус и увидеться с Элли. Упасть перед ней на колени и умолять ее вернуться ко мне.

– Скажем ему, что репетировали сцену из «Бойцовского клуба», – смеется Гаррет, но его лицо тут же становится серьезным. – Ему необязательно знать, что произошло на самом деле. Я про вечеринку… наркотики.

Я с благодарностью киваю.

– Спасибо.

Но, вообще-то, кроме моего подбитого глаза, больше нет никаких свидетельств того, что случилось вчера вечером. Самое лучшее в моих загулах – хотя сейчас в моей жизни совсем нет ничего хорошего – это то, что у меня есть страшная особенность быстро приходить в себя, как будто ничего и не было. Я пью не просыхая? Никакого похмелья. Я курю травку? На следующий день голова яснее, чем безоблачное небо. Сегодня я двигаюсь чуть медленнее, чем обычно, но это лишь потому, что на душе лежит тяжкий груз.

"Вчера вечером я оттолкнул от себя самого главного в моей жизни человека. Вот кем стала Элли Хейз для меня всего за каких-то три коротких месяца. Это удивительно. В ней вся моя жизнь.

Такер приготовил для нас завтрак. Поев, мы отправляемся на арену, где Гаррет, приложив свой пропуск к дверному замку, ведет нас в раздевалку.

Наша компания из четырех человек останавливается на месте в ту же секунду, как входит внутрь.