Самый трудный день

Помимо утопленных в нефти подрывных зарядов с радиовзрывателем, мы всыпали в каждую цистерну по пятидесятикилограммовому мешку какой-то дряни из будущего, которая должна была за несколько часов превратить жидкий продукт в некое подобие липкого желе, что увеличивало радиус поражения огневого фугаса и исключало бесцельное сгорание большей части распыленной нефти в воздухе в момент взрыва, что обычно является главным недостатком зарядов такого типа.

Вот эти «подарки» мы и пропихнули фашистам в последние часы перед войной, хотя, как выяснилось, они тоже, не собираясь оставаться в долгу, решили «отдариться» несколькими эшелонами с углем, в некоторых вагонах которых имелись тайники для перевозки диверсантов, одетых в советскую военную форму.

Правда, наши контрразведчики оказались на высоте, и, как говорится, фокус не удался. Все засланные к нам таким образом диверсионные группы были обезврежены прямо на станции в Бресте, и ни одна не проскочила дальше. До первого выстрела на границе оставалось уже меньше трех часов, хотя фактически на нашем уровне война уже началась.

22 июня 1941 года, 02:35. РСФСР, Смоленск, аэродром СеверныйПолковник Александр Евгеньевич Голованов

Аэродром «Северный» в Смоленске, расположенный в трех километрах от городского железнодорожного вокзала, существовал еще с начала двадцатых годов. Сначала на нем базировались полотняные «фарманы», «ньюпоры» и «фоккеры», потом их сменили тяжелые ТБ-1 и ТБ-3, которым в свою очередь пришли на смену дальние ДБ-3Ф.

Но в конце сентября 1940 года судьба аэродрома вдруг снова круто изменилась. 212-й дальний бомбардировочный полк в полном составе был переведен на аэродром под Оршей, а на «Смоленск-Северный» пришли строители и техника."

"Аэродром попал в список из пяти объектов аэродромного хозяйства ВВС РККА: Москва, Мурманск, Ленинград, Смоленск, Воронеж, – на которых вне всякой очереди сооружались бетонированные взлетно-посадочные полосы первого класса.

Проектная документация на аэродромы была извлечена из архивов будущего, так что планировка на местности и земляные работы начались немедленно. Стройка велась стахановскими темпами, к чему были все возможности – вместо пары сотен полос второго класса до начала войны предполагалось построить пять первоклассных аэродромов, способных принимать практически все типы самолетов из будущего.