Самый трудный день

Москва, Кремль, кабинет товарища Сталина. Заседание ГКОПрисутствуют:

– председатель ГКО Иосиф Виссарионович Сталин;

– начальник Генерального штаба маршал Борис Михайлович Шапошников;

– нарком РККФ адмирал Николай Герасимович Кузнецов;

– нарком внутренних дел генеральный комиссар госбезопасности Лаврентий Павлович Берия;

– нарком госконтроля Лев Захарович Мехлис;

– нарком иностранных дел Вячеслав Михайлович Молотов.

Когда все расселись вокруг длинного стола для совещаний, Лаврентий Берия внимательно оглядел присутствующих и хмыкнул.

– Товарищи, – сказал он с чуть заметным кавказским акцентом, – а где наш главный спонсор, товарищ Путин? Опять опаздывает?

Сталин спрятал в усы улыбку.

– Товарищ Путин, – произнес он, – не опаздывает, а задерживается. Обещал быть с минуты на минуту. У него там, знаете ли, тоже есть свои дела.

В этот момент в дальнем углу кабинета загорелась ярко-зеленая точка, свидетельствующая о начале открытия темпорального окна.

– Вот видите, – кивнул Вождь, – вот и он. Легок на помине…

– Добрый день, коллеги, – сказал появившийся в темпоральном окне президент Российской Федерации. – Не помешаю?

– Проходите, товарищ Путин, присаживайтесь, – кивнул Сталин, – да, да, за тот конец стола, напротив меня. Только вас мы и ждали.

Дождавшись, пока президент РФ сядет на свое место, Сталин обвел взглядом присутствующих.

– Все в сборе, товарищи, – начал Вождь, – приступим. Как уже стало известно, высшее руководство рейха приняло окончательное решение завтра на рассвете без объявления войны напасть на СССР.

– Сигнал «Гроза», – произнес маршал Шапошников, – передан в приграничные округа в пятнадцать ноль пять по московскому времени. Генерал Конев в Прибалтийском военном округе, генерал Жуков в Киевском военном округе и генерал Болдин в Одесском военном округе получение сигнала и передачу его в войска подтвердили.

Сталин нахмурился.

– Товарищ Берия, – спросил он, – что докладывают ваши люди из Минска?

– Сигнал «Гроза» штабом округа получен, – ответил Берия, – но в войска не передавался. Для приведения в боевую готовность 4-й, 10-й и 3-й армий был использован резервный канал связи, принадлежащий наркомату внутренних дел.