Самый трудный день

Можно было подумать, что командование Красной Армии забыло о лагере Аушвиц. Но это было далеко не так. С начала войны сами лагерь и его окрестности несколько раз подвергались аэрофотосъемке, и вот теперь, когда советские войска уже два дня находились всего в сорока километрах от него, пришло время окончательно решить вопрос Освенцима и поставить точку в этой кровавой истории.

С этой целью на занятый советскими войсками аэродром Балице к вечеру пятого числа была переброшена особая полковая вертолетная группа Министерства обороны Российской Федерации, состоящая из эскадрильи «ночных охотников» Ми-28 (12 машин), двух эскадрилий «Крокодилов» Ми-24 (40 машин) и одной эскадрильи транспортно-ударных вертолетов Ми-8АМТ (20 машин).

Примерно за полчаса до рассвета семьдесят боевых машин со страшным ревом, до смерти напугав жителей окрестных польских деревень, поднялись в воздух и, выстроившись в боевой порядок, на малой высоте направились на запад. Тугой предутренний воздух рубили винты, надрывались тяжелым гулом турбины, в десантных отсеках плечом к плечу сидели закованные в бронежилеты и увешанные оружием осназовцы, с которыми перед вылетом замполиты провели хорошую воспитательную беседу с просмотром фильма «Обыкновенный фашизм».

Первыми в тот момент, когда из-за верхушек растущих за рекой Солой деревьев показался краешек солнечного диска, к лагерю Аушвиц подошли «ночные охотники», выдвинувшиеся вперед на правом фланге. Одна группа из четырех машин с дистанции в полкилометра атаковала неуправляемыми ракетами С-13 главное караульное помещение лагеря, расположенное прямо за домиком коменданта.

"Герра Хесса и все его семейство разбудил рев и гул. Тяжелые авиационные ракеты с объемно-детонирующими боевыми частями обрушились на жилые помещения администрации лагеря и охраны. Не успел Хесс произнести «О, майн гот!», как под грохот рвущихся НАРов большая часть эсэсовцев охраны из своих постелей прямиком отправилась в преисподнюю. А те, кто выжил, тоже вскоре должны были очутиться там.