Самая желанная особь

- Что же ты делаешь, Олия? - его дыхание обожгло мой висок. – Как ты это делаешь… со мной? – он жарко задышал еще чаще. Мое сердце заколотилось как сумасшедшее. Притиснул к себе совсем близко и неожиданно поцеловал, жадно прихватывая нижнюю губу.

‌‌‌12. Разговор.

Поцелуй длился и длился. Я забыла обо всем кроме несдержанных голодных губ раянца. Подушка и одеяло уже давно валялись на полу, под моими ногами, а он все целовал и целовал, шепча что-то неразборчивое про то, что не может больше сдерживать себя и как это сложно, когда я так близко.

А еще я разобрала что-то про шерховы знаки на моем теле и вот это меня внезапно отрезвило. Словно какая-то волна по телу прошла, убирая все лишние эмоции. Я очнулась от наваждения и испуганно оттолкнула мужчину.

Что я творю?! Что он… Лайс в этот раз не стал удерживать меня. Я чуть не рухнула на пол, запнувшись о злополучную подушку, и на подрагивающих ногах вылетела в коридор.

Забилась опять на кровати под одеяло и очень долго напряженно вслушивалась в тишину, боясь что Лайс придет устраивать разборки прямо среди ночи.

Почему же он не пришел? Я запуталась в себе окончательно. Не понимала своих чувств, и становилось страшно от странной реакции моего тела. Я словно теряла себя рядом с Лайсом, не могла сопротивляться его натиску. Да что со мной такое? Это же ненормально! Не могу я вот так просто терять голову от простого поцелуя.

Незаметно для себя, я уснула.

Разбудило меня мое громко произнесенное имя и сдернутое с головы одеяло.

- Олия, подъем! – как ни в чем не бывало позвал Лайс. – Твоя очередь готовить завтрак. Я же вчера предупреждал.

Я изумленно взирала на спокойно ведущего себя раянца и не понимала. Мне что, все приснилось? И подушка, и мой ночной поход, и поцелуй…

Лайс присел рядом, улыбнулся и каким-то привычным жестом заправил мои растрепанные волосы за ухо.

- Вставай, соня. Я голодный.

По мелькнувшим в его глазах жарким искрам, я поняла. Не приснилось. Все было по-настоящему. Как же теперь мне себя с ним вести?

Что ждать от этого мужчины? Я совершенно не понимаю его, как не понимаю и себя в данный момент. Он выглядел спокойным, но я почему-то ощущала странную натянутость между нами, словно взведенная тугая пружина, готовая вот-вот распрямиться.

Я попятилась назад и судорожно прижала одеяло к груди.