Сафари на черепашку

Герасим умер, тайной владеет одна Марина, она не пьет, следовательно, не могла в алкогольном бреду выдать секрет. Любовников у нее нет, дети не знают про лондонский счет. Где утечка информации?

Ее мрачные раздумья снова прервал звонок.

– Ну, дорогая? – вкрадчиво промурлыкал негодяй.

– Я согласна, – выдавила из себя Марина.

– Правильно.

– Когда вернете мне сына?

– Гони карточку, пин-код, пароль, и парень твой, для начала назови код.

Марина рассмеялась.

– Не держи меня за дуру, сперва Костя, потом остальное.

– Так и знал, что ты осторожна, – похвалил ее похититель, – ладно, будь по-твоему. Отдашь карточку на месте."

"– Где?

– Костя в Чечне.

Трубка чуть не выпала из рук матери.

– Где? – закричала она, теряя остатки столь тщательно демонстрируемого спокойствия.

– Тише, дорогая, – укорил кавказец, – мы же взрослые люди, не дети. Константин в правильном месте, кормят, поят его. Забирать сама будешь. Поедешь?

– В Чечню?

– Да.

– Хорошо, – дрожащим голосом ответила Марина.

– Карточку бери с собой, – напомнил негодяй, – без нее не получишь своего джигита. И особое условие: отправляйся одна, никому ни слова, сообщишь в милицию – простишься с сыном.

Марина собралась с силами и нашла достойный ответ:

– Значит, так! Я еду за сыном.

– Не сомневался в твоем решении.

– Отдаю карточку, получаю мальчика.

– Хорошо.

– Он садится в машину и отправляется домой, причем не один, а вместе с человеком, который прибудет со мной. Я остаюсь в заложницах. Когда они достигнут дома, спутник Кости сообщит мне, что все в порядке, и тогда я скажу пин-код и пароль.

– Ну нет, дорогая, – разволновался чеченец, – ты едешь одна.

– Никогда, – твердо заявила Марина, – какие у меня гарантии, что мы останемся живы? Сообщу вам нужные сведения, а вы нас с сыном пристрелите.

– Мы не звери, дорогая, нам шум не нужен, деньги на борьбу требуются.

– Нет.

– Тогда сына убьем.

И тут Марина пошла ва-банк, откуда у нее взялись силы и мужество, непонятно, но она, дочь профессиональных актеров, великолепно сыграла мгновенно придуманную роль.

– Что ж, – делано-равнодушно заявила несчастная мать, – значит, судьба у него такая, я поплачу и успокоюсь, деньги при мне останутся, а иначе и Кости лишусь, и средств. Слушай теперь мое условие: либо я еду с сопровождающим, либо конец истории!

Кавказец кашлянул.

– Не горячись, дорогая! Тебе сына не жаль?

– Жаль.

– Тогда давай карточку, и никуда ехать не придется, мы не обманем, вернем Константина.