Самая главная проблема Академии Драконов

- Не понимаю, Эйвери, в чем причина ее вчерашнего срыва, но клянусь, что я не обидел ее ни словом, ни делом!

- С ней все будет в порядке, – наконец, сказала ему. – Просто Риз нужно немного больше времени прийти в себя. Не каждый день встречаешь своего родного отца, если девятнадцать лет считала таковым совсем другого мужчину.

И еще не каждый день прекращаешь отношения с кронпринцем Нерлинга, потому что Риз решила порвать с ним раньше, чем тот порвет с ней.

Но последнего Эйдану МакГиллу я так и не сказала.

Нас же ждали экзамены, и мы отправились разыскивать нужный зал.

Нашли довольно быстро, но так просто внутрь нас не пропустили – на входе студентов заставляли снимать все предметы, издающие даже малейшие магические колебания.

Таких предметов у нас не имелось, так что вскоре нам разрешили проходить в зал.

Стоило рассесться по местам, как нам представили отборочную комиссию, в которую входили несколько знакомых мне магистров и парочка незнакомых.

Но если лорд Винслер, сидя за большим столом, посмотрел на меня, как ядовитый паук на свою жертву, то лорд Перри Аллавей, взъерошенный, с бледным и осунувшимся лицом, присоединился к комиссии чуть позже.

Ввалился в зал, когда уже все началось. Невпопад извинился за свое опоздание, затем почему-то подошел ко мне (я как раз сидела возле прохода) и приглушенным голосом спросил:

- Мисс Эйвери Таккер? Я бы хотел спросить, как себя чувствует ваша подруга?.

На нас смотрели не только студенты, собравшиеся в зале, но еще и отборочная комиссия, поэтому я отпрянула, прижавшись к Кайдену, и нервно улыбнулась лорду Аллавею."

"- Не сейчас, – сказала тому. – Давайте мы поговорим с вами после экзаменов. Хотя будет намного лучше, если вы зададите эти вопросы ей самой!

Потому что Кайден был прав – я не должна давать ни малейшего повода для сплетен или подозрений, а разговор с лордом Аллавеем как раз мог их спровоцировать.

Кивнув, придворный потащился к столу комиссии, из-за которого поднялся наш преподаватель по математике. Потряс в воздухе двумя пухлыми запечатанными конвертами, после чего произнес:

- Я, Ирдан Шорс, клянусь Богами Нерлинга, что составленные мною для отборочного экзамена задания видел я один.