Рыбка по имени Зайка

Когда продолжавший петь о натуральном хозяйстве дядька ушел, Ира тихо спросила:

– Мы уедем в деревню?

– Конечно, нет, – ответил отец.

– Но маме плохо!

– И что теперь?

– Доктор…

– Он идиот! – заорал Владимир. – Кретин, дуболом! Как он себе это представляет! Я дою корову? А бизнес! Деньги откуда возьмутся?

– Если мы продадим все и станем жить… – начала было Ира, но отец резко оборвал дочь:

– Не пори чушь! Не продадим и не станем! Не может быть у человека аллергии на все!

– Вдруг и впрямь ремонт виноват? – не успокаивалась Ира.

– Забудь этого аллерголога, он…! – заорал отец.

Ира не обратила внимания на грубое слово, вырвавшееся у папы. Володя никогда не стеснялся в выборе выражений, и девушка привыкла к его непечатной лексике.

– Но маме-то плохо! – напомнила она.

– Вылечим, – твердо пообещал Владимир, – костьми лягу, а спасу жену.

Но, увы, Наташа умерла вскоре после визита профессора. Не помогло ничего: ни ударные дозы витаминов, ни проведенный в порыве отчаянья курс химиотерапии.

Лола, прибывшая на похороны матери, бросалась на гроб с криками:

– Ну почему я тебя одну оставила! Никто о мамочке не заботился.

Ира тогда впервые сильно обиделась на сестру. Со стороны Лолиты было очень некрасиво вести себя подобным образом. Она жила в Лондоне, а Ира сидела около Наташи, держала умирающую мать за руку. Но потом, увидев, как сестра на поминках упала в обморок, Ира простила ее.

Глава 25

После смерти Наташи жизнь Кисовых не особенно изменилась. Лола вернулась в Москву, но она попросила отца купить ей отдельную квартиру. Владимир выполнил просьбу старшей дочери. Ира осталась с папой, она превратилась в хозяйку, заняла место Наташи. Владимир принципиально не желал нанимать домработницу, и Ире пришлось впрягаться в уборку, стирку, готовку и глажку. Отец был требователен, а после смерти жены стал даже жестоким.

– Сидишь на моей шее, дармоедка! Давно пора с плеч слезть! Иди работай, как все!

И снова Алсу пыталась вразумить подругу:

– Гонит тебя отец? Так уходи!

– Куда? – тихо спрашивала Ира.

– Да хоть к нам, – предлагала Алсу, – мама рада будет, она тебя давно родной считает.

– Нет, – отвечала Ира, – не могу.

– Но почему?

– Папа один останется.