Ружемант

Ее физическое тело оболочка для духа, не больше. Заметил ее стальные руки?

— Руки? Я думал, это перчатки.

Часто заморгал, не скрывая удивления. Влада кивнула: не я один такой.

— Все так думают. Руки — единственное, что она не в состоянии воплотить вновь. Если хочешь точнее, не может отрастить себе подвижные, как прежде, пальцы. Пользуется протезом.

Закусил губу. Что ж, буду иметь в виду.

— В остальном-то она хоть девчонка?

Влада вскинула брови, заслышав мой вопрос.

— О-о-о, рядовой нацелился на трусики командующей? Это так… мило, сероглазый.

Неохотно кивнул в ответ.

Собрался с мыслями. Неприятная догадка ужом вертелась в голове: пресловутый «крот» мог оказаться гораздо ближе, чем хотелось.

Кто может проникнуть в систему, обойдя кучу защитных меанизмов и кого нельзя отследить по нейроимпланту? Только та, у которой его нет…

— Там, когда мы планировали нашу вылазку, — вновь обратился к Владе. Она широко улыбнулась, словно ждала этого вопроса.

— О, наивное милое дитя! У тебя внезапный приступ тревоги? Хочешь волшебную таблетку?

Покачал головой.

— Нет, хочу узнать о Белке чуть больше.

— Для того, кто провел с ней несколько ночей и даже сумел вытащить в город на свидание, ты до удивительного несведущ, сероглазый. Но, если уж ты изволишь, Белка — ненастоящая сирота.

Приподнял бровь, но промолчал.

— Родители отказались от нее, вышвырнули на улицу."

"— Мне она рассказывала совершенно другую историю!

Влада согласно кивнула. Словно иначе и быть не могло.

— А ты бы на ее месте поступил иначе? Нет, сероглазый, не подумай обвинять ее во лжи: и трудное детство, и попытки ее родителей пристроить в дорогое образовательное учреждение — все это было. А вот все, что после, — выдумка. Белка попыталась ограбить магазин ради денег, вернуть потраченное родителям.

— Поймали?

— А чего ты ждал, сероглазый? Хозяин магазина не имел к ней претензий, но кого это волнует? Родители Белки… предпочли отказаться от нее в самый трудный момент.

— Ужасно.

Влада пожала плечами, думая иначе.

— Не думаю, что у них был другой выбор. Иначе их ждало усечение в правах, потеря работы. Вместе умирать от голода веселей, но незачем. Она сама требовала от них отречения. Правда, втайне надеялась, что этого не случится.

Бросил взгляд Белке в спину.