Рублевый передоз

 – А вот я, напротив, ничего веселого в этом не вижу. И, думаю, генерал тоже согласится с моей точкой зрения.

– Да я не веселился, Лев Иванович. Я просто…

Полковник раскрыл паспорт убитого. Согласно документам, человека в кресле с двумя пулевыми ранениями при жизни звали Антоном Михайловичем Колосковым.

– Знакомые все лица, – вновь подал голос Поликарпов.

– Знаешь его?

– Его – нет, – покачал головой майор. – А вот с этим… – указал он пальцем на человека с «Магнумом», – с этим встречаться приходилось. Это некто Валерий Молчалин.

Кличка – Молчун. Я брал его полгода назад за нанесение тяжких телесных повреждений. Один наркоман задолжал ему кучу денег. За товар, полагаю. Молчун явился к нему на дом и избил парнишку до полусмерти. Тот в больничке чуть Богу душу не отдал. Но повезло. Как это ни парадоксально, Лев Иванович, наркоманы – народ живучий. Если, конечно, речь не идет о передозе. А побои и все такое… Это им как мертвому припарка. Мать того парнишки опознала Молчалина и накатала на него заяву. Но через пару дней отозвала обратно. Припугнули, скорее всего. Пришлось его отпустить… Молчун – человек Гремлина. Давно на него работает. Вернее, теперь уже можно сказать – работал… Верно? А этот кто?"

"Гуров зябко поежился и передал Поликарпову паспорт убитого.

– Антон Колосков.

– Колос, – кивнул майор. – С ним лично не встречался, но слышать приходилось. Тоже человек Гремлина. Один из крупных дилеров.

– Выходит, опять люди Блеклого устроили тут мясорубку, – негромко произнес Алябьев.

 – По-хорошему договориться не получилось, вот и… Прежняя схема. Вы правы, товарищ полковник. Генералу Орлову это очень не понравится.

– Дай-ка мне все-таки свою чудо-таблетку, Рома, – попросил Лев и снова высморкался. – И ведите этого… который звонил. Пусть попытается прояснить ситуацию. Что с экспертами?

– Бригада уже в пути, – доложился Поликарпов.

– Хорошо.

Гуров коротко мазнул взглядом по журнальному столику перед креслом. Рядом с сенсорным «Самсунгом» последней модели лежала свернутая трубочкой десятидолларовая купюра.

На гладкой стеклянной поверхности столика можно было заметить микроскопические остатки белого порошка. На противоположном углу сиротливо притулился спичечный коробок.

Алябьев протянул ему таблетку, и он, не глядя, сунул ее в рот.

– Лучше, конечно, водичкой запить, – улыбнулся капитан.

– Обойдусь. Зови звонившего.

Капитан поспешно вышел. А Поликарпов, поравнявшись с полковником, тоже сфокусировал взгляд на журнальном столике.