Рублевый передоз

 – Говорю же, мне сложно судить… Лицо вроде продолговатое. Нос… Обычный нос.

– Глаза какого цвета? – Гуров раскрыл папку и выудил из нее лист с протоколом допроса Геннадия Прохоренкова.

– Черные вроде.

Полковник сверился с собственными записями. Прохоренков, официально допрошенный час назад, утверждал, что глаза у Даниила – карие. В остальном описывал его приблизительно так же, как и Нури. И тоже без особой уверенности.

– Особые приметы есть? Шрамы, родинки, татуировки?

– Ну… Я не знаю, полковник. Не заметил… Кажется, ничего такого не было… Да я, собственно говоря, и не разглядывал его особо.

Поликарпов негромко хмыкнул. Гуров закрыл папку и сделал еще один глоток кофе. После чего поднялся на ноги и прошел к двери. Приоткрыв ее, выглянул в коридор и распорядился:

– Сержант, забирайте задержанного и запускайте следующего!

– А что со мной? – развернувшись на стуле, спросил Нури.

– Пока в ИВС, а там видно будет, – равнодушно ответил Гуров.

– При всем уважении к вам, Лев Иванович, – заговорил Поликарпов, когда абхазца вывели из кабинета, – я хочу повторить еще раз, что мы элементарно топчемся на месте. Кто вообще вам дал наводку на эту сделку? – Он выдержал паузу, ожидая ответа, но его так и не последовало. Гуров молча занял прежнее место за столом. – Впрочем, неважно… Кто бы он ни был, вы не думаете, что этот человек просто водит вас за нос и «сливает» тупиковые варианты?

– Не думаю.

– Хм… Воля ваша. Мне лишь показалось… Ну, да бог с ними, с этими информаторами.

– Меня не интересует Богдан. – В голосе полковника мелькнуло раздражение. – Пока не интересует. Не он подкидывает нам едва ли не каждые два дня гору свеженьких трупов, а человек по кличке Блеклый.

– А разве тот, кто торгует наркотиками, не торгует смертью? – ухмыльнулся майор.

– Но не от спайсов."

"– Да ладно, Лев Иванович! – забыв о субординации, кинулся в наступление Поликарпов. – Будто вы сами не знаете, как это бывает. Спайс – это только начало. Дальше – больше… Впрочем, если вы пытаетесь закрыть глаза на очевидное…

– Я не пытаюсь, Дима. И не закрываю глаза. Но для борьбы с незаконным оборотом наркотиков существует отдельное ведомство. А у нас с тобой – другие задачи.