Рублевый передоз

 – Альберт Германович семьей не обзавелся, а родители его, насколько я знаю, давно уже в могиле.

– Кому же достанется его пентхаус?

– Чего не знаю, того не знаю. Может, государству отойдет, а может, завещание обнаружится. Это вам лучше знать.

Гуров поблагодарил консьержа за помощь и направился к лифтам. Егоров и Крячко последовали за ним.

– У Штейна действительно нет родственников? – поинтересовался Крячко, пока лифт поднимался.

– Никого. Жены нет, детей нет, а родители действительно умерли много лет назад, – сообщил Егоров.

– И завещание отсутствует?

– Этот вопрос еще выясняется.

– Понятно. Упустили этот аспект, так?

– Виноват, – смущенно проговорил следователь.

– Ничего, боец, впредь будешь внимательнее, – переходя на «ты», утешил его Крячко.

Лифт остановился на последнем этаже. Гуров вышел первым, огляделся. Входная дверь здесь была всего одна, ошибиться с местом назначения было просто невозможно, поэтому вся компания дружно двинулась к дверям квартиры Штейна. Как и положено, та была опечатана.

– Сначала осмотрим гостиную, потом определимся, что делать дальше.

В гостиной точно по центру был очерчен меловой силуэт, обозначая место, где ранее лежал труп. Гуров лишь мельком взглянул на него и пошел по периметру, внимательно оглядывая предметы интерьера. Ничто не свидетельствовало о том, что в комнате происходила борьба.

– Странное жилище, – протянул Крячко. – Стерильно, как в операционной.

– Интересно, где он творил? – задумчиво произнес Гуров. – Кабинет здесь имеется?

– При первом осмотре не обнаружен, – опасаясь вновь попасть впросак, осторожно сообщил Егоров.

– Будем искать, – улыбнулся Крячко. – Пойду осмотрюсь.

Лев согласно кивнул, продолжая осмотр гостиной, а Станислав двинулся обратно в прихожую.

– Товарищ полковник, вы ведь не верите, что тут поработали сатанисты, верно?

– Сильно в этом сомневаюсь, – признался полковник. – Уж больно все чисто. Стали бы они заботиться о том, чтобы не оставить отпечатков пальцев и вообще сохранить жилье неприкосновенным? Думаю, будь это сатанисты, они хотя бы на стенах что-то наваяли.