Рублевый передоз

Пули просвистели над головами, как взбесившиеся дикие пчелы.

– Отойти от машины! Живо! Второго предупреждения не будет!

Очкарик первым задрал руки кверху, демонстрируя тем самым полную капитуляцию. Сигарета отлепилась-таки от губы и упала под ноги. Маленькие глазки-бусинки за поблескивающими стеклами лихорадочно забегали из стороны в сторону. Мужчина в спортивном костюме продолжал держаться за раскрытую дверцу «Шевроле». Капитан сделал два шага вперед, вскинул «ТТ» и выстрелил ему в ногу. Крепыш рухнул как подкошенный и застонал.

– Прекратить стрельбу! – вмешался Гуров.

Капитан коротко зыркнул в его сторону, лениво пожал плечами и опустил оружие.

– На землю! – в очередной раз бросил он в мегафон, обращаясь непосредственно к очкарику.

Тот плюхнулся на живот и опустил сцепленные в замок пальцы на затылок. Очки в металлической оправе нелепо съехали набок. Командир спецназовцев повернулся лицом к Гурову и доложил:

– Территория под контролем, товарищ полковник! – Один убитый и один раненый.

– Я видел, капитан.

Пятнадцать человек лежали под прицелами неподвижных, словно выкованных из стали, спецназовцев. Гуров и Поликарпов, оставив капитана, вновь извлекшего из нагрудного кармана замусоленную сигару, спустились со ступеней и прошли к машинам. Никто из задержанных не поднял головы и не посмотрел в их сторону. Сыщики остановились рядом с «Гранд Чероки». Гуров попытался открыть багажник внедорожника, но тот не поддавался.

– Чья машина?

Один из лежащих на земле абхазцев слегка приподнял голову и кивнул в направлении мужчины в светлом плаще.

– Ну, поднимайся, – нахмурившись, буркнул майор. – Никто в тебя стрелять уже не будет. Вставай и открывай багажник.

Круглое загорелое лицо с тонкой ниточкой усов над верхней губой отлепилось от земли. Взгляд рассеянно пробежался по сторонам.

– Вставай, вставай! – поторопил его Поликарпов.

Абхазец неохотно поднялся на ноги. Долго шарил по карманам в поисках ключей, озираясь на автоматчиков.

– Минутку!"

"На дне багажника лежали рядышком два кожаных кейса. Он взял один из них, щелкнул замками и откинул крышку. Новенькие хрустящие купюры, по сто «баксов» каждая, были сложены аккуратными стопками и перетянуты голубыми резинками.