Роуз и магия маски

Нужно ли рассказать ей о маске? Старушка уже знала о Госсамере и принцессе, но мистер Фаунтин и король очень не хотели поднимать панику из-за исчезновения маски. Девочка внимательно посмотрела на пожилую леди: ее руки в кружевных митенках были аккуратно сложены на серебряном набалдашнике трости. Она не выглядела как человек, который легко запаникует.

– Что, дитя?

– Дело не только в Госсамере. Точнее, в нем, но…

– Не мямли, дорогая. Переходи к сути.

– Он кое-что украл из королевского дворца, когда был в Лондоне.

Взгляд голубых глаз мисс Фелл пронзил Роуз, она подалась вперед, и ее острый нос неожиданно придал ей сходство с ястребом.

– Хочешь сказать, Госсамер заполучил волшебную маску?

– Да-а-а… – Девочка съежилась под взглядом мисс Фелл.

– Боже милостивый. И как только Алоизиус допустил такое?

– Папа не виноват, – обиженно вставила Белла.

Мисс Фелл посмотрела на Беллу, как настоящая строгая тетушка, и девочка со стуком захлопнула рот.

– Дело принимает новый оборот, – негромко проговорила мисс Фелл. – Я собиралась предоставить вам самим искать Алоизиуса – это вам вполне по силам, а я теперь редко выхожу в свет, очень уж это утомительно. – Роуз и Фредди переглянулись. Мисс Фелл казалась им одной из тех несокрушимых старушек, которые живут вечно и внушают страх поколению за поколением дальних родственников. – Просто не понимаю, зачем Алоизиусу было соваться во дворец. Хотя он всегда был любопытным мальчишкой.

– Мы опасаемся, что дожа заколдовали, – прямо сказал ей Гус, и лишь подергивание хвоста выдавало его беспокойство. – Он показался нам… будто в тумане. А вчера мы пошли его искать и увидели Госсамера с братом дожа, Джироламо…

Тонкие брови мисс Фелл сдвинулись.

– История Венеции полна ужаснейших семейных распрей. Но мог ли Госсамер действительно… Что ж, решено. Придется велеть Марии доставать лиловое шелковое платье. Дож всегда приглашает меня на это нелепое мероприятие, но я обычно отказываюсь.

Дети уставились на нее с сомнением, но мисс Фелл хитро улыбнулась:

– От старушек есть своя польза. Они не посмеют отказать мне в аудиенции, дорогие.