Рожденная для его любви

— Но ты будешь покорна! Майя! Слышишь? Покорна! Ты сама это предложила! Чтобы я с тобой не делал…

И вот тут Майя вернулась с небес на землю…

Она посмотрела на него…замерла…кивнула.

— Я сама это предложила. Назад не поверну.

Борис прищурил глаза и сделал три шага в направлении девушки. Этого хватило, чтобы оказаться рядом.

Потом он поднял руки и резким движением разорвал шелковую пижаму…

Пуговицы беззвучно упали на пушистый ковер.

Майя вздрогнула. Как бы она внутренне не подготавливалась к прикосновениям и дальнейшему сексу с Сандровским, её тело тотчас обдало холодом и покрылось мурашками.

Разорванная пижама открыла доступ к её полуобнаженному телу.

Майя, принимая душ, уже проигрывала сценарий дальнейших событий с учетом согласия Бориса, и когда одевалась, то выбрала простое хлопковое белье. Она приятно удивилась, обнаружив в ванной шкафчик, набитый бельем и спальными принадлежностями. Хотя она предпочла бы, чтобы ей вернули её вещи.

Выбрала она хлопчатобумажный бюстгальтер и аналогичные трусики. Никакого кружева. Никакого шелка.

Она и помыслить не могла, что своим выбором произведет обратный эффект…

Борис, увидев, что полные груди девушки скрыты под плотным хлопком, едва не вслух взревел! Это было чертовски сексуально! Невыносимо призывно!

От холода соски девушки напряглись, и теперь горошинками торчали сквозь ткань.

И снова ещё одно резкое расчетливое движение — следом за пижамой Борис разорвал и бюстгальтер.

Майя ойкнула и по инерции попыталась прикрыть груди под жадным взглядом Бориса.

— Руки! — тотчас раздался холодный приказ и эхом разнесся по комнате.

Майя, сцепив зубы, и преодолевая природную стеснительность, опустила руки. У неё возникло отчаянное желание ссутулиться, как-то прикрыть наготу перед изучающим взглядом вампира, но она решила, что следует быть стойкой. Если она сейчас поддастся панике, и начнет морально ломать себя, то, что будет, когда Борис перейдет к активным действиям?

Она знала на что шла, предлагая соглашение.

Или не знала?

У Бориса свело внутренности. Он не ошибся, когда предположил, что тело девушки вызовет в нем сумасшедший отклик. Так и оказалось. Её груди были небольшими и полными с дерзко торчащими розовыми сосками и нежным ареалом вокруг них. В горле пересохло, десны зачесались, клыки рвались наружу.

Как и его член.

Борис медлил, сам того не замечая. Он, точно эстет, любовался открывшейся красотой.