Робкий ангел возмездия

Дядя Митя тоже странный рыбак, сбежал, как только разрешили, остальные гости вовсе не пошли на озеро, узнали новости от Аркадия и разошлись по домам, лишь он один был до последнего на тонком льду озера. Что-то не отпускало его оттуда, какая-то непреодолимая сила заставляла его стоять на трескучем декабрьском морозе. Аркадий не был трусом, но и воином в прямом смысле этого слова тоже не являлся, отслужил он в армии, как положено, два года, но никогда не воевал, более того, он просидел на бумажках в канцелярии округа и к любым, даже учебным, военным действиям имел только косвенное отношение.

Но вот и его застала война – именно так он сейчас чувствовал произошедшее.

У него была странная семья: мать с отцом развелись, когда Аркадий был совсем маленьким. Не сошлись характерами, говорила мама, она была бухгалтером и, пытаясь обеспечить им вдвоем безбедное существование, проводила все время на работе.

Однажды, когда Аркадию было восемнадцать лет, к ним в дом пришел батюшка в длинной рясе и с бородой. Увидев его, мама ойкнула и села от удивления на стул.

Позже Аркадий узнал, что это его отец, он отсидел в тюрьме пятнадцать лет за непреднамеренное убийство – убил кого-то в драке. Там, в тюрьме, Василий Пронин и пришел к богу. После этого у максималиста Аркадия начались трудные времена, принятие того, что твой отец – убийца, долгие и интересные разговоры о боге с отцом и прощение матери за то, что врала. На это у Аркадия ушло не меньше двадцати лет, хотя, наверное, нет, он до сих пор от этих терзаний не ушел. И вот сегодня, стоя на тонком льду и завороженно глядя на труп человека, он понимал, что в нем течет кровь отца и он тоже способен на убийство.

* * *Людмила Владимировна уже видела прекрасные цветные сны, Варвара заботливо дала маме таблетки, которые ей необходимо было пить каждый день, и уложила в кровать, но самой Варе не спалось. От бури мыслей, эмоций и страха она ходила по своей комнате из угла в угол. Пытаясь найти хоть какое-то решение, она упиралась в стену безысходности, выход не находился.

Выхода не было, но ей так хотелось его найти, от этого она взяла карандаш и начала рисовать, это всегда ей помогало, выводило на правильные мысли, но, видно, не сегодня, на листе из-под ее карандаша невольно появлялся темный лес с подвешенной над ним огромной страшной луной, посередине блестело озеро, а заросли камышей как будто колыхались на ветру. Наверное, Варвара была неплохой художницей, потому что даже в состоянии наброска картина внушала чувство страха.