\

После ужина гости с интересом прогулялись по площадке для отдыха, а затем перешли на поляну, где свободные от работы парни играли в городки. Постепенно туда подтянулись и деревенские. Зажглись фонари, наступило время сказок.

В свои комнаты члены комиссии возвращались, когда уже совсем стемнело. Вид у них был очень довольный. Марыся потом мне на кухне нашептала, что они успели пообщаться с шахтёрами, ненавязчиво заводя с ними разговоры.

Я порадовалась, что приехали настоящие профессионалы. Это давало надежду, что дело решиться в нашу пользу.

Утром, плотно позавтракав, все уехали в холмы, а потом и на шахты барона. Капрал и Эндрю отправились с ними. Весь день я была, словно на иголках, дожидаясь их возвращения.

Вернулись все ближе к ужину, ночевать не стали и сразу отправились в путь. Эндрю заверил меня, что так надо, чтобы поскорее принять решение. Простой работников никому не нужен. В комиссии были люди из Ремесленной гильдии, они с честью защищают права своих подопечных.

Снова потянулись дни ожидания.

Наконец, с очередным дилижансом я получила пухлый конверт. Эндрю тоже получил письмо.

Поднявшись в мой кабинет, мы вскрыли конверты.

Первый же документ, что я развернула, оказался штрафом за добычу и продажу угля без регистрации в Ремесленной гильдии. И да, моя регистрация в качестве хозяйки таверны, тут не подходила.

Сумма приличная. Помогла Эндрю, а сама попала на деньги!

Отложив этот листок в сторону, я принялась за изучение остальных документов. Когда закончила, стало ясно, что комиссия частично встала на нашу сторону. Дорога, что пролегала по моей территории, не являлась общественной, и только я решала, быть ей или нет.

Добычу угля мне разрешали, но после оформления всех нужных регистраций. Мне даже давали месяц отсрочки на оплату штрафа. Как я потом узнала, всё благодаря знакомым Эндрю, обычно к нарушителям закона не так лояльны.

Так же из письма следовало, что барон Сент-Моренн в праве и дальше добывать уголь, только как он будет доставлять его с приисков на продажу – решать ему. Тут был тонкий намёк на то, что нам с ним следует договариваться.

Про его новый шурф не было ни слова, но мы и так уже знали, что вход в него был в спешном порядке завален камнями, иначе бы барону не поздоровилось.