Ритуал

Дверь в кабинет отца, куда ему строго настрого запретили заходить ещё утром – у взрослых дела, – он распахнул с трудом. Петли скрипнули, и он почти упал на мягкий ковер.

– Си? Тебя же просили, – голос дяди звучал устало, он обращался к одному из Управляющих.

Папы нет. Си вспомнил, что папа в Хадже, но это было не важно. Дядя – должен помочь. Должен.

Си пополз вперед быстро-быстро перебирая коленями, нырнул между ножками стула, и крепко обхватил дядин сапог за голенище.

– Си?

– Ба… ба-а-а…

Губы не слушались, но Си сделал над собой усилие.

– Ба-а-а... Фрей-я-я-я…

– Си…, – теплые руки потянули его вверх, и Си изо всех сил вцепился в шею дяди. – Что случилось, Си? Тебе же сказали, нужно быть в детской…

– Ба…, – выговорил он наконец. – Ба убила Фрейю… и пошла вниз …

– Что?

– Фрейя… Фрейя… сгорела…Ба убила её...

Руки дяди окаменели.

– Вниз – это в Хранилище?

Си отчаянно закивал головой.

Пока дядя отдавал приказы, он не отпускал рук – сейчас он в безопасности, но Фрейя… ее привезли из Столицы, его первый настоящий подарок на день принятия… Фрейя…

– Забери брата.

Старшая пахла духами и ванилью, привычно и вкусно. Несла, укачивая на руках и целовала в макушку.

– Все, хорошо, малыш, дядя всё решит… теперь всё хорошо…

Наследники Асти не плачут, но… Старшая никогда не говорила, когда он сбегал с уроков, и прикрывала проделки… и никогда не сдавала его бабушке.

Си зарылся носом в теплые, пахнущие родным теплом волосы, и … заревел, вздрагивая всем телом. Иногда он так уставал быть Наследником рода, так уставал… пока папы нет, можно немного поплакать. Старшая никому не расскажет.

Лирнейские, сигнальная башня"

"Мы выбрались на крышу по каменной лестнице и потом по деревянной – ступени скрипели под ногами. Площадка сверху было круглой и небольшой – не более десяти шагов в диаметре, Ветер на такой высоте почти сбивал с ног, и я вцепилась в Тира, меня сносило.

– Ну? – перекрикивая ветер.

Огни Керна действительно были у нас за спиной – большое скопление крохотных желтых точек теплого золота, тут и там сияли островки поменьше – предгорные деревни, несколько одиноких огней горели на Хребте – ушли не все горцы из общины.

– Вместе! – Кантор протянул ладонь вперед и согнул руку.