Ритуал

На Севере многое кажется большим, чем в Столице.

Сяо снял руну “молчания” первым, и почти подпрыгнул от восторга, прочитал Вестник Каро, который тот выставил на любого из звезды – первого, кто выйдет из режима молчания.

“Сира Блау! Жива! Каро! Покинула поместье?”

Райдо снял руну вторым – и перед ним замелькали вспышки – начали падать Вестники.

Но чем дальше читал Сяо, тем сильнее хмурился –“Сира покинула Керн, отряд едет в предгорья, следую за ней – и координаты…”

– Дай! – Райдо забрал Вестник Каро и быстро пробежался глазами.

– Но…

– Это приказ, – бросил ему Райдо и покосился в сторону наследника Блау, который выплетал Вестник за Вестником – темные вспышки так и мелькали в воздухе.

Сяо тоскливо наблюдал, как менталист уничтожил послание. Молчать он был не согласен – сир Блау имеет право знать, что его сестра возможно где-то здесь, что возможно нужна помощь.

– Из Керна, отложенный, – Райдо протянул свое послание Ашту. – Прорыв тварей – вероятность девять из десяти, защитный контур города поврежден.

Сяо думал, мучительно прикусив губу.

Прорыв – это плохо, город останется без защиты, но и сире Блау всего четырнадцать зим, как они справятся в горах, одни, с магистром, особенно если будет прорыв?

Сяо поежился, представив, как твари гонятся за ним по глубокому снегу.

Нет, он должен сказать! Пусть сир Аксель решает сам!

– Вайю отправилась в Керн! – его подопечный схлопнул послание.

– В Керне глушат связь, – пророкотал Бутч. – В Хадже тоже

– Нам нужно в город! – решительно постановил сир Аксель. – Немедленно!

Малыш Сяо, встретившись взглядом с Райдо, который провел ребром ладони по шее, захлопнул рот.

Глава 157. Дожить до рассвета

Керн, недалеко от Восточных ворот

Нос чесался от дыма. Пока его десяток прочесывал злачные углы за ремесленным, разгоняя ребятню и выпивох по домам, кто-то поджег пару лавок.

Скоты. Подумал десятник молча. Приказ был однозначным — за нарушение комендантского часа — доставить в часть. Но мародерам было все равно. Лучшее время, чтобы разжиться чужим добром. Жажда легкой наживы была так велика, что никого не пугало наказание. Тварей боялись гораздо больше — новость передавалась тихо, почти шепотом, но уже облетела весь город.