Ренессанс

Я периодически трогал её, напоминая себе о том, как поступил с Кливом. Двоякие ощущения. Я давно ничего не слышал про него и не горел желанием спрашивать.

Как и Леон, я сделал маленький глоток из своего бокала. Старшие пили шампанское, тогда как у меня был яблочный сок.

– Отец не сильно ругал? – поинтересовался Леон.

– Мы ещё не обсуждали драку. – По привычке я поднял взгляд на амфитеатр, но там пока было пусто. – Он очень занят.

– А мистер Хитклиф тоже здесь? – Леон тоже посмотрел наверх.

Мы никогда не поднимались в амфитеатр.

Вход туда был строго воспрещён.

– Да. Твой дядя с ними?

– Ага. – Леон оглянулся. – А остальные из твоей семьи?

– Где-то здесь. – Я нахмурился, наткнувшись взглядом на Гедеона.

Они с Люмьером и Николасом стояли далеко впереди, что-то бурно обсуждая. Точнее, Люмьер спорил с Николасом, в то время как Гедеон медленно пил шампанское из высокого бокала. Кажется, он их даже не слушал. На них были золотые маски, какие разрешено носить на балу с девятнадцати лет. Он повернул голову и посмотрел прямо на меня.

Я растерялся. Сок попал не в то горло, и я кашлянул в кулак, отвернувшись.

– Ты как?

Кажется, Леон что-то говорил до этого, но я пропустил мимо ушей.

– Что, прости? – Я повернулся к нему и одним большим глотком осушил бокал.

В горле ещё першило. Краем глаза я видел Гедеона, но он уже повернулся ко мне спиной. С ним разговаривала чистокровная, возможно, его однокурсница. Она смеялась, прикрывая рот ладонью, и зачарованно смотрела на брата.

Подняв пустой бокал, я кивнул на него официанту.

Высокий полукровка в чёрной маске, скрывавшей пол-лица, с зализанными назад волосами и в белых перчатках подошёл, держа в руках поднос с напитками.

– Ты что-то говорил?

– Говорю, где Габриэлла? Я так давно её не видел. – Леон тоже допил апельсиновый сок, оставил пустой бокал на подносе и вновь надел маску.

– Возможно, она с аниматорами в соседнем зале. Или где-то гуляет с Сильвией. Честно говоря, мне всё равно.

Габриэлле исполнилось восемь лет, и она вправе была носить серебряную маску.

Вот только та вечно слетала и мешала, поэтому отец разрешил время от времени её снимать. Сильвия, как и все полукровки, надела чёрную маску. В последний раз я видел их у входа в главный зал около часа назад.

– Нет настроения? – сочувственно спросил Леон.

– Я не хотел приходить. Понадеялся, что раз ударил Клива, то меня накажут и оставят дома.

– А ты не ищешь лёгких путей, – хмыкнул Леон.

– Как видишь, я здесь, а значит, план провалился.