Реконструктор

Падаю на землю, переваливаясь через борт, и, не успев встать, стреляю сквозь колесо по Огюсту. Он как раз начал выпрямляться. Начал… но не успел.

А где Фишман?

Вон он – бежит к кустам, зажимая раненую руку. Сообразил-таки… Извини, Хорст, ты, может быть, и неплохой человек. Хороший плотник. Возможно, что и любящий отец. Вот и оставался бы ты дома. У себя дома. Там и проявлял бы свои положительные качества. Но нет – вы все пришли сюда. Туда, куда вас никто не звал. И здесь – у меня дома – все ваши положительные стороны никого не интересуют.

Хорст упал в полуметре от кустов. Его вытянутая вперед рука даже успела ухватиться за тонкую веточку…

А вот теперь можно вернутся к кустам. Я еще не закончил там своих дел.

Извини, дед Максим, пирамидку я тебе сейчас сделать не могу, уж прости. Но имя твое еще и на котелке штыком выцарапал, и на ложке, что в кармане брюк лежит. Помню я, что с теми медальонами происходит: не каждый спец спустя много лет эти строчки карандашные прочесть может.

Ну вот и все.

С прадедом своим я попрощался, теперь и о себе подумать нужно. Что делать буду?

Часа через четыре-пять отделение должно прибыть в расположение части. Не прибудет уже, это и ежу ясно.

Ага, щас!

Десяток человек уже полег – понятно, что их не один человек тут порезал (не поверит в это никто), так что и прочесывать местность нужно ротой, не меньше. И искать станут не меньше чем пять-шесть человек (это уж я постарался, натоптал тут тропиночек да гильз стреляных в разных местах поразбрасывал, и из винтовки часового пальнул пару раз), которые напали на отделение.

Встанем на место тех, кто ищет: как далеко они пойдут?"

"Да в зоне своей ответственности искать станут. Дальше, чем на один дневной переход не отойдут. Это не специальные части по охране тыла – обычная пехота. Которая, между прочим, имеет и свои задачи. Им на фронт скоро, а не лес прочесывать.