Реконструктор

Ну ускорилась у меня какая-то там реакция – и что? Память-то не вернулась! Бетховеном не стал и на скрипке играть тоже, скорее всего, не буду. А вот злости – той поприбавилось. Да и мотает меня во все стороны, словно дубиной по башке звезданули.

Теперь я понимаю, отчего в коридорах больницы лежат коврики и дорожки. Здесь и сейчас любой посторонний звук способен вывести меня из себя. Надо думать, я тут не один такой… нервный.

Дни идут как-то медленно. Возможно, оттого что они до предела насыщены всевозможными процедурами? Не знаю… Но вот на сеанс гипноза шел с волнением.

– Как он мне предложил последнюю девчонку вспомнить! – восхищенно говорил коренастый артиллерист Ханс Баумгартен. – Я сначала-то засомневался… мол, где та Ингрид, сколько уже времени прошло! А он – не отстает! Говорит – ты ж ее трогал? А то, отвечаю! И не только руками, так сказать… Ну и вспоминай, кивает доктор.

– И как? – интересуюсь я. – Удалось?

– Спрашиваешь! После этого – аж трусы стирать пришлось… – смущается Ганс. – А дальше – прямо как из мешка все и посыпалось! И взводного вспомнил, да и ребят всех тоже… Мне рыжий Ольбрихт десять марок задолжал – теперь-то спрошу! А он-то, поди, и обрадовался!"

"Доктор же на поверку оказался совсем нестрашным. Худым, как жердь, и очень болтливым. Он усаживает меня на стул и устраивается напротив.

– Контузия? – участливо спрашивает Крауци.

– Так точно, герр…

– Доктор. Просто доктор.

– Так точно, герр доктор. Совсем рядом рвануло!

– Бывает, – сочувственно кивает он. – А как близко?

– Ну… совсем близко, как мне сказали. Я только помню землю перед глазами… встала она дыбом. Или это я упал?

– Хорошо помните?

– Ну… да.

– Описать сможете?

– То есть?

– Ну раз вы ее вблизи видели, то какие-то отдельные моменты наверняка лучше рассмотреть смогли?

– Да… наверное.

– Вот и опишите мне их.

– Были, – уже увереннее отвечаю я. – Один – точно помню!

– Вот с него и начнем. Большой он был или нет? Какой формы? Цвет?

А дальше я совсем ничего не помню. Прихожу в себя, когда на улице уже смеркается. Крауци сидит за столом и что-то пишет.

– Очнулись? – спрашивает он, не поднимая головы.

– Так точно, герр доктор.

– И как ваше самочувствие?

– Да… нормально все. Только ничего не помню.

– Это не страшно.