Реконструктор

По крайней мере, сегодня хоть немного перекусим, все легче ребятам будет. Надо будет только старшину предупредить, а то прохватит бойцов – и трындец боеготовности.

А что дальше?

Дальше – за оружием пойдем. Только надо будет пристрелять «Светку» – не хочу ее отдавать в чужие руки, себе оставлю. Старшина, правда, ворчать станет… что-то придумать надо будет. Автомат ему отдать? Тоже жаба душит. Блин, что это за выражение такое – «жаба душит»? Опять не помню.

Встаю с пенька, потягиваюсь… и слышу звук мотора. Приехали!

Кто это?

Спешно шмякаю грязью на номер.

Вот Николая-то не вовремя приперло! Ехали бы мимо – на ходу никто тормозить бы не стал.

Уехать?

А он как раз и вылезет наверх…

Сбежать самому?

Туда, вниз, в овраг?

И оставить ребят голодными?"

"Быстро осматриваю себя. Сапоги грязные – так я на мотоцикле ехал. Чисто выбрит – уже очевидный плюс. Форма… ну чуток помятая и запачканная. Опять же – я не на смотру.

Выдергиваю из коляски штык от СВТ и сую его за голенище сапога, сзади.

Взвести автомат?

А как на это посмотрят те, кто едет в автомашине?

Нет, не буду пока этого делать.

Рев мотора все громче, и из-за поворота наконец появляется автомобиль. Не очень большой, какой-то полугрузовичок. Штучка явно не немецкая, такого раньше встречать не приходилось.

В кабине сидят двое, и из кузова выглядывают еще какие-то физиономии.

Так, в кабине фуражка… Опять офицер?

Быстро встаю с пенька и вытягиваюсь.

Нет, не пронесло…

Скрипят тормоза, что-то вжикает, и автомашина останавливается. Из кабины выглядывает хозяин фуражки:

– Солдат, ко мне!

Быстро подбегаю и, вытянувшись около кабины, пытаюсь прищелкнуть каблуками. Выходит плохо.

– Что вы тут делаете, старший стрелок? Ваши документы!

Вот екарный бабай! А ведь реши старшина просмотреть и мои немецкие документы, да найдись там умеющий читать по-немецки… Там бы меня и прикопали, несмотря ни на что.

Но сейчас, здесь, я только рад этому обстоятельству. Торопливо вытаскиваю их из-за пазухи и протягиваю офицеру. Сбоку потянуло табачным дымком, солдаты, пользуясь остановкой, закурили.

– Четыреста пятый гренадерский? Это же где-то рядом? – Офицер вертит в руках мой зольдбух.