Ребекка

В ней вы найдете свидетеля совсем другого сорта, могу вас заверить.

Фрэнк вернулся в комнату.

— Накормили Бена ужином, сказали ему, что он хороший парень и отправили домой, — с издевкой сказал Фэвелл. — Ну, на этот раз вам так легко не отделаться, и положение вашего профсоюза станет затруднительным.

— Сюда идет миссис Дэнверс, и Фэвелл надеется найти в ней союзницу, — сказал полковник.

Миссис Дэнверс вошла в комнату.

— Добрый вечер, — поприветствовал ее полковник.

— Добрый вечер, сэр.

— Мой первый вопрос к вам следующий: знали ли вы о близких отношениях между покойной миссис де Винтер и мистером Фэвеллом?

— Да, они были кузенами.

— Я имею в виду не родственные отношения, а более близкие, интимные.

— Боюсь, что я вас не понимаю, сэр.

— Э, бросьте это, Дэнни. Я уже все рассказал полковнику. Он знает, что мы были любовниками и что она любила меня. К моему удивлению, она сказала после минутной паузы:

— Нет, не любила.

— Послушайте, вы, старая дура!

— Она не любила ни вас, ни мистера де Винтера, она вообще никого не любила и презирала всех мужчин.

— Ну, хорошо, но она проводила ночи со мной в коттедже и приезжала на уик-энд ко мне в Лондон?

— Ну и что же из этого? Она развлекалась, и это было ее право. А вызывать любовь к себе — это было ее игрой, только игрой, и она постоянно смеялась над всеми своими поклонниками и передразнивала их.

Было что-то страшное и неожиданное в этом потоке слов. Максим, побелел, а Фэвелл глядел на нее, вытаращив глаза. Затем миссис Дэнверс начала плакать, горько плакать и не сразу сумела совладать с собой.

— Миссис Дэнверс, есть ли у вас какое-либо мнение о том, почему миссис де Винтер могла покончить с собой?

— Нет, — ответила на, — нет.

— Вот, слышите, — сказал Фэвелл. — Это не могло с ней случиться. Она это знает так же хорошо, как и я. Я ведь уже говорил вам."

"— Помолчите и дайте миссис Дэнверс возможность обдумать. Я не оспариваю подлинность записки, которую вы мне показали.

Фэвелл вынул записку и бросил ее на пол к ногам миссис Дэнверс. Та спокойно нагнулась, подняла ее и дважды внимательно прочла.

— К сожалению, не знаю, что она имела в виду.