Ребекка

Парень никогда бы сам не мог ничего рассказать, но я сумею выведать у него, что он видел в ту ночь.

— О ком он говорит? — спросил полковник Джулиен.

— Он имеет в виду Бена, — сказал Фрэнк, бросив взгляд на Максима. — Это сын одного из наших арендаторов. Но этот парень совершенно безответственен, он идиот от рождения.

— Ну и какая разница, — крикнул Фэвелл, — ему нужно только сказать «да ил» и «нет». У парня есть глаза, и он мог все видеть. Это вам меньше нравится? Вы теряете свою уверенность?

— Можем ли мы увидеть этого парня и допросить его? — спросил Джулиен.

— Конечно, — сказал Максим. — Фрэнк, скажите Роберту, чтобы он съездил к матери Бена и привез парня сюда.

Фрэнк заколебался, но Максим начал сердиться.

— Ну, в чем же дело? Идите! Надо же нам как-нибудь покончить с эти делом.

Через минуту Фрэнк вернулся.

— Роберт взял мою машину, и если Бен дома, то его привезут ровно через десять минут.

— Очень хорошо, — сказал Фэвелл. — Вы увидите, что я сумею заставить его заговорить.

Фэвелл был все еще очень красен и от волнения сильно потел.

Капли пота стекали у него со лба, жирные складки шеи измяли весь воротничок. Я заметила, как низко посажены у него уши. Он снова закурил и заговорил:

— Вы здесь в Мандерли держитесь сплоченно, как члены одного профсоюза. Все стоят друг за друга, даже представитель власти округа. Я конечно, не говорю о молодой жене: жены не свидетельствуют против своих мужей. Кроули, конечно, подкуплен. Он потеряет место, если скажет правду. И кроме того, он, видимо, имеет зуб против меня, так как не смог добиться успеха у Ребекки.

Та садовая дорожка оказалась недостаточно длинной, не так ли? На этот раз все обстоит гораздо проще. Молодая жена будет благодарна ему, когда он протянет ей свою мужественную руку во время очередного обморока. Когда она через три месяца услышит, как судья приговорит к казни ее мужа рыцарская поддержка Кроули ей очень и очень пригодится.

Дальнейшее случилось молниеносно, и я не видела, как Максим сделал это. Фэвелл упал на диван, а оттуда на пол, а Максим стоял около него.

Было что-то унизительное в том, что Максим ударил его. Я предпочла бы этого не знать и не видеть. Полковник Джулиен выглядел очень мрачным.

— Вам лучше уйти отсюда, — сказал он мне.

Я отрицательно покачала головой:

— Нет.

— Видите ли, этот тип способен сказать любую гнусность. То, что вы только что видели, не очень приятно… Ведь так? Ваш муж был, конечно, абсолютно прав, но вам этого лучше не видеть.