Селфи

Их со всех ног догонял Борг-Педерсен со всей своей командой, крича на ходу, что они непременно должны заснять все на камеру, что это же работа полиции как она есть, в реальном времени!

– Она там! – констатировал Ассад, указывая на переулок примерно в сотне метров от них в направлении Рюэсгэде.

Вдруг женщина остановилась на одном из перекрестков и, обернувшись на своих преследователей, разразилась диким хохотом. Очевидно, она считала, что теперь находится в безопасности.

– Ты попадешь в нее с такого расстояния? – спросил Мёрк.

Ассад покачал головой.

– Что она делает? – выразил недоумение Карл. – Стоит и размахивает гранатой?

Сириец кивнул.

– Думаю, она хочет продемонстрировать нам, что это муляж. Смотри, она берется за шарик и роняет гранату на асфальт. Вот ведь дерьмо, Карл, это был всего лишь муляж, а мы…

Внезапно раздавшийся взрыв, от которого из ближайшего здания вылетели все окна, если и не был оглушительным, то по крайней мере достаточно сильным для того, чтобы шоферы такси, которые стояли и мирно разговаривали на стоянке, инстинктивно попадали на колени и принялись растерянно озираться.

Карл и Ассад услышали за своими спинами восхищенный возглас Олафа Борг-Педерсена. «Стейшн Три» получила богатый материал в избытке. В кадр попало огромное количество растертых в порошок банкнот, грибовидным облаком поднимавшихся над Блейдамсвай вперемешку с кусками плоти, которые совсем недавно составляли материальную оболочку женщины по имени Анне-Лине Свенсен.

Эпилог

Вторник, 31 мая 2016 года

Олаф Борг-Педерсен издал злобное шипение сквозь рыжую бороду, когда Ларс Бьёрн хладнокровно сообщил ему о том, что, поскольку им придется оформить документы у омбудсмена, провести внутренние исследования, согласовать результаты с комитетом по делам прессы, получить разрешение суда, подтвердить достоверность отснятых материалов, предусмотреть всяческие политические уловки и прочее и прочее, то «Стейшн Три», вероятнее всего, никогда не получит разрешение на обнародование последних тридцати минут видеозаписи.

Карл улыбался. Все-таки готовность Бьёрна к сотрудничеству с прессой была не безгранична.