Селфи

В течение следующих нескольких минут Аннели обозначила рамки их последующего сотрудничества, рассказала про технологию поиска работы, про настрой на нужный лад, про управление собственным бюджетом. Как и ожидалось, Ясмин ни на секунду не оторвала взгляд от окна. Конечно, такое поведение являлось провокационным, но оно укрепило уверенность Аннели в том, что она, Аннели, борется за правое дело.

Аннели подтолкнула лист бумаги через стол, чтобы дать возможность этой попрыгунье-стрекозе подробнее ознакомиться с информацией, которую только что пытались до нее донести, и вдруг девушка повернулась к ней лицом.

Для такой молодой женщины, которая независимо от ситуации старалась предстать в наиболее выгодном для себя свете, выражение лица внезапно оказалось слишком холодным и малопривлекательным. Сквозь толстый слой подводки для глаз, тонального крема и помады на примитивной кукольной мордашке просматривались кое-какие черты, которых Аннели не замечала прежде.

– Вы слышали, что Мишель Хансен справилась? – внезапно спросила она.

Выражение лица Ясмин Йоргенсен ничуть не изменилось. С ледяной ненавистью во взгляде она продолжала смотреть на Аннели, которая рефлекторно вздрогнула – слава богу, почти незаметно.

Что, черт возьми, известно этой тупой сучке?

– Мишель Хансен? – переспросила Аннели, чуть помедлив. – А что с ней случилось? Ты с ней знакома? – удивилась она, будто была не в курсе их общения.

Они сидели и смотрели друг на друга: Аннели – слегка приподняв брови, Ясмин – глядя исподлобья, как пес, который вот-вот оскалится и покажет клыки, готовые вонзиться противнику в глотку.

«Она предоставляет инициативу тебе, так что подумай хорошенько, Аннели!» – приказала она сама себе.