Развод. Искусство слать всех на...

Тоже последнего, потому что впереди целое лето и целая жизнь.

От этого чувства остро щиплет в носу. И хочется плакать.

- Маргарита Сергеевна, - окликает меня Ипатов, но я только машу рукой в ответ.

Ребята провожают нас с девочками до самого такси, и когда мы оказываемся в тишине, Оля говорит:

- Зря вы так обижаетесь, Маргарита Сергеевна. Фотографии вышли чудесные, Смотрите, вы тут такая молодая и такая счастливая.

Она протягивает мне мобильник, и я осторожно, как сокровище, беру телефон в руки. Почему-то от слов, что я где-то счастлива становится больно.

На самом я уже забыла, каково это просто быть счастливой. Может это просто маска, а я сама стала настолько искусной актрисой? Нет же! Тут, со снимка на меня смотрит молодая и задорная девчонка, которой еще не знакомы проблемы и жизненные невзгоды. Глаза горят, улыбка такая, что щеки вот-вот треснут и взгляд полон уверенности, что все будет хорошо! И даже Ипатов, который в этот момент трется возле меня, пытаясь поцеловать, ничуть не портит кадр.

Такое нельзя сыграть, и здесь, рядом со своими учениками, я действительно счастлива, просто пока еще не осознаю это.

Здесь я такая, как раньше. И такая, какой хочу стать снова.

- Оль, перешли, пожалуйста, мне эти фотографии, - прошу невестку тихо. Кажется, что женщина со снимка мой секрет, который я даже Карине не готова показать. И добавляю громче: - Ты очень красиво нас всех сняла!

Оля ткнула пальцем в экран и согласно кивнула:

- Отправила. Ну что, домой едем или еще куда-нибудь хотите?

- Домой, - хором кричим мы с Кариной.

В ту ночь, не смотря на неудобный матрас и тихое сопение со стороны раскладушки, я спала чудесно! А утром проснулась отдохнувшей, полной сил и решимости действовать дальше."

"Каким простым все кажется в это солнечное осеннее утро.

Развестись со Стасом! Помириться с мамой. Купить билеты и слетать в путешествие. И потом вернуться на работу, которую я так сильно люблю!

Все это я повторяла как мантру, и радостно пританцовывала, планируя, как начну заново жить, и вдруг на кухню вошла Оля с белым как бумага лицом.

- Маргарита Сергеевна, - начала она, - я сегодня утром сообщения смотрела, и в общем… вот.

Она снова протягивает мне телефон, и я снова смотрю на свою фотографию, на которой меня, счастливую и слегка пьяную прижимает к себе Ипатов. Вроде ничего такого, все как и вчера, и только спустя несколько секунд я замечаю, что так расстроило Олю.

Слово «Любимый» в строке получателя. Вряд ли Оля записала бы меня так в свой телефон.