Развод. Искусство слать всех на...

Или когда он встает ночью к вашему ребенку, потому что он тоже родитель. Потому что знает, как ты устала и хочет дать тебе поспать еще чуть-чуть! Вот это нас заводит, а не бицепсы и член по колено. Фу, я пока перечисляла все это, аж возбудилась! – Карина сначала обмахивает себя руками, а потом, остановившись, слегка бьет меня локтем: - А ты, подруга?

- И я, - отвечаю на автомате, зависнув взглядом где-то в пустоте.

Потому что… потому что не могу сказать, что именно заводит меня. Точно не слащавые юнцы на сцене, и точно не мужик в переднике, намывающий хрустальные бокалы, как описывала Карина.

Не модели, не спортсмены, не космонавты, не страстные брюнеты и не нордические блондины. Я пытаюсь вспомнить, кто именно из мужчин в последний раз вызывал во мне чувство «вау». И это точно был не мой Стас. Потому что своего мужа, как и близости с ним, я не хочу последние два года.

Все случилось после операции. И об этом последствии мне не сказал ни один врач.

Более того, все они меня убеждали, что удаление матки никак не скажется на либидо, и, наверное, так и было. Потому что сначала, я еще хотела мужа. К сожалению, это было не взаимно.

Я знаю, что Стас не должен был набрасываться и сдирать с меня ночнушку прямо в больнице. Более того, немного набрав вес, я и сама не хотела, чтобы на меня набрасывались, стеснялась своей новой фигуры и поплывших форм. Но все равно не ожидала, что муж станет смотреть на меня так… с жалостью, будто не к любимой пришел, а на панихиду по усопшему.

Возможно, мы бы это преодолели. Я бы вывезла, потому что всегда, во время любых трудностей я шла вперед и вела Стаса за собой, и в этот раз у нас тоже почти получилось. Я купила себе красивое нижнее белье, приготовила ужин, включила музыку и даже зажгла свечи. Для кого-то это банально, а для меня романтично и красиво, поэтому я никак не ожидала получить от Стаса отповедь на тему того, что нам о таком уже лучше не думать!

О каком «таком» он говорил? О сексе с любимым человеком? О нежности? Об акте близости с тем, с кем делишь и кровать, и рассветы, и жизнь?

Я не знаю.

И психолог, к которому меня потащил Стас, не помог найти ответ на этот вопрос. И стихи Пушкина, которые зачем-то Волков с надрывом читал мне в парке тем более.

Я и так испытывала невероятные мучения, ощущая себя какой-то неправильной, не такой, ущербной.