Развод. Искусство слать всех на...

Господи, я же готовила там что-то?! И точно не убрала кастрюли в холодильник! Я же не думала, что та надолго уеду! Ну нет, пустить Шмелева в этот ужас я не могу. И потому резко обрубаю:

- Ой, да хватит уже в рыцаря играть, лучше я сама.

От взгляда, которым меня оценили, все внутри холодеет. Так смотрят на тех, кто очень, очень разочаровал. Молча, не говоря ни слова, Юра вышел из машины, открыл заднюю дверь и подхватил на руки все еще спящего Маркуса. Он решительно пошел вперед, а я осторожно, чтобы не поскользнуться, засеменила сзади.

Мои три шага все равно что один Юркин. Так что я сильно отставала от него.

В лифте Шмелев даже не смотрел в мою сторону. И в квартире тоже. Просто пропустил меня, чтобы я открыла дверь, и занес внука в спальню, уложил на кровать как есть в одежде.

За годы дружбы я много чего говорила Юрке. Но почему-то именно сейчас мне стало стыдно за свои слова. Как будто я разом обесценила все хорошее, что он когда-либо для меня делал.

Может Юра и не играл в джентльмена, может он и правда такой, просто дама из меня не подходящая.

Я накрыла Маркуса одеялом и пошла обратно за Юрой. Он так и не включил свет в коридоре, так что я зря боялась за свой бардак, он остался незамеченным. В отличие от обиды за мои слова. Молчание между нами давило на уши. Неужели он уйдет вот так, не сказав мне ничего? Пускай бы лучше ругался, ей Богу!

А так, я чувствую себя просто отвратительно.

- Юр, я… - наконец набираюсь смелости, чтобы попросить прощения.

- Не надо, - обрывает меня Шмелев. – Рит, я, правда, все понял. А это… тебе же тяжелое поднимать нельзя, так что не принимай на свой счет, я просто помог старой подруге.

- Спасибо, - еле выдавила из себя и захлопнула за «старым другом» дверь.

И на душе стало так гадко, что и описать нельзя. Старая подруга, говоришь. Наверное, это хорошо, если убрать первое слово, а второе произнести другим, не таким издевательским тоном."

"Впрочем, я просто не успеваю подумать еще и на эту тему.

От усталости у меня уже щиплет в глазах. Проверяю телефон, тот слава Богу не звонил, переодеваюсь и заваливаюсь спать вместе с Маркусом на одну кровать. Перед тем как отрубиться, я думаю о том, что надо бы переклеить в квартире обои. И вообще сделать здесь небольшой косметический ремонт. Но не сейчас, а когда-нибудь потом. Когда я закончу со всеми своими делами.

А утром начинается давно позабытая кутерьма.