Развод. Я календарь переверну

Зал взрывается аплодисментами, народу сегодня на милонге много.

Герман ведёт Аду, я забираю, поворачиваю, чтобы она могла сесть в поклон, так делают это бальники. Красиво. Она умеет.

Мы все трое идём к выходу.

- Мне нужно переодеться, - тяжело дыша после танца говорит Ада, сдувая прядь со лба. — Спасибо, вы оба были великолепны.

- Спасибо тебе, богиня.

- Спасибо, Аделаида, это ты была великолепна, без тебя не было бы танго.

Она уходит в дамскую раздевалку.

Мы в мужскую — нужно снять туфли, надеть пиджаки.

- Дворжецкий, зачем тебе это надо?

- Что?

- Вмешиваться в мою жизнь?

- Почему ты считаешь, что я вмешиваюсь?

- Тебя Кристина попросила?

- Кристина?

- Не делай вид, что не понимаешь. В моей конторе ты общался только с ней.

Знаешь, что она была моей любовницей.

- Была? Может есть?

Мы оба дышим тяжело, стоим, друг напротив друга.

- Не твоё дело.

- Неужели? Ты не считаешь, что ей уже хватит связывать свою жизнь с кобелями и подонками?

- Ты считаешь, что ей лучше связать жизнь с таким как ты?

Этот кретин еще спрашивает?

Руки чешутся, у него, видимо, тоже.

- Я считаю, что она заслуживает правды и верности.

- Я никого не обманывал, с Кристиной у меня давно ничего нет.

- Неужели? Не ты был с ней в моём ресторане позавчера? — усмехаюсь, хотя и понимаю, что это подло.

- Был! Обсуждал дела! Какого хрена, Дворжецкий?

- Такого! Не позволю её обманывать!

- А ты не обманываешь? Все знают, что ты... ты сначала спал с одной женщиной, потом спал с её дочерью, теперь вообще хрен знает что?

- Порылся в грязном белье, да, Герман?

- Могу сказать о тебе то же самое!

- Я не буду оправдываться, тем более перед таким как ты.

- Какой я?

- Гнилой.

- Что? Ты...

Замах, удар, уворачиваюсь.

Мы снова танцуем, но на этот раз не танго.

Ты хотела крови, Ада? Будет тебе кровь.

Удар и первая кровь пущена, не моя. Алая струйка течет по его лицу.

Но Крестовский в долгу не остаётся. Еще удар. Твою мать, больно.

Краем глаза замечаю в дверном проёме Аделаиду.

Она стоит.

Спокойно.

Спокойно.

Сложив руки на груди.

Красивая.

Ноздри раздувает. Хочет сказать что-то, обругать нас, а потом.

Потом начинает смеяться, громко, с наслаждением. Ярко.

И тут я пропускаю хук справа.

(Прим. Автора: Здесь и далее речь идёт о картине ""Запах женщины"" режиссёра Мартина Бреста.

Сцена в которой слепой полковник танцует танго.

Я считаю это одной из лучших сцен в кинематографе в принципе, и лучшей сценой в которой есть танец.