Развод. Я календарь переверну

Резко выбрасываю руку, пытаясь стукнуть его в живот, но Герман перехватывает мой кулак, также резко дергает меня на себя, поднимая и заставляя впечататься в его тело и целует уже по-взрослому.

Вылизывает, посасывает, жадненько так, нагло!

Козёл.

Но как же хорошо!

Да и пусть целует. Не жалко.

В счёт оплаты его услуг.

- Ада... что ж ты такая...

- Какая?

- Сама знаешь, какая. Чёрт.

Я неожиданно оказываюсь на свободе, а Крестовский отходит на пару шагов, ухмыляясь запускает ладонь в идеальную шевелюру.

- М-да.

- Что?

- Так...

- Что-то с бумагами, да? Он успел что-то переделать?

- Кто? — Герман удивленно пялится на меня.

- Муж мой, кто, Макар!

- При чём тут твой муж?

- Герман, хватит, в конце концов это непрофессионально! Я к тебе не просто так пришла! Мне нужен лучший специалист в городе!

- Ты его уже имеешь, этого лучшего. Причём во всех смыслах.

- Давай уже о деле, а? Я ничего не понимаю.

- А ты и не должна, Аделаида. Главное, я всё понимаю. Ты молодец.

- В смысле?

- В том смысле, что твой муж идиот.

- Да? — опускаюсь на стул, нервно моргая.

- Да. Зачем вот это всё? Платил бы налоги и жил спокойно, занимался бы коммерцией и не лез во власть. А теперь, получается, наш замечательный господин Игнатов в пролёте.

- То есть?

- Ты всё правильно поняла. Имущество в основном записано на тебя, то, что он записал на маму легко вернуть и опять же переписать на тебя. Всё заработано в браке, брачный контракт отсутствует, что тоже в твою пользу тут.

- Каких?

- Я собираю все документы, иду к твоему мужу и предлагаю решить всё полюбовно.

- Что?

- Или я собираю документы, и мы идём сразу в суд.

- Можно сразу, а?

- Кровожадная моя. А если он не будет сопротивляться и примет всё как данность?

Сам тебе всё оставит? Зачем доводить дело до суда?

- Я сказала - в суд!

- Браво, мой инквизитор. Гулять, так гулять. За это надо выпить.

- Не рано ли?

- Нормально.

Сейчас.

Крестовский идёт к стеллажу, поворачивает его, и я вижу специальный шкаф, в котором лежат бутылки. Ого, ничего себе. Целая винотека?

- Шампанское? Или что-то покрепче?"

"- Мне всё равно.

- Аделаида, тебе не может быть всё равно, мы же пьём за твою победу, твой успех?

- Шампанского! — глаза закатываю, уже лишь бы отвязался.

Герман достаёт бутылку.

Берет со стеллажа бокалы, просматривает их на свет.

- Должны быть чистые, но лучше сполоснуть.