Развод. Я его так любила (СИ)

И поэтому в феврале я был готов лезть от этой давящей внутри боли на стену. Мне кажется, я оживал только в те моменты, когда Зоя все-таки снисходила и отвечала на мои телефонные звонки, а звонил я постоянно. Натыкался на тишину на том конце провода и от этого сходил с ума. Мне казалось, что безумие поселилось рядом со мной в этих апартаментах, блуждало по темным комнатам, задевало шторы, приоткрывало двери своим дыханием.

Безумие стало для меня самым надёжным и верным другом. Настолько, что иногда я не понимал, где реальность, а где сон…

Сон, в котором я по прежнему был со своей семьёй, обнимал Зою со спины, клал ладони ей на живот, как я это делал в молодости, когда она ходила, беременная Розой.

Какой же я дурак.

Я все продолбал в этой жизни, все променял непонятно на что.

И да, в конце февраля я все-таки довёл начатое дело до конца.

Ольга легла в больницу на обследование. Я с ней не виделся, делал все через безопасника и, наверное, поэтому из-за того, что я ощущала приближение конца, меня так люто накрывало каким-то сумасшествием, но все это было лишь прелюдией к настоящему аду.

Ведь земля подо мной разверзлась именно в тот момент, когда мне безопасник позвонил и хрипло выдохнул:

— Все результаты готовы.

Когда я открывал файл, я уже чувствовал, что было что-то неладное, это как знать, что вот именно на этом поребрике обязательно спотыкнёшься.

Так и я знал, что спотыкнусь.

Когда развернулась таблица с заключениями, я тяжело задышал.

Ольга была беременна.

Тест днк показывал, что от меня.

Глава 50

Зоя

В середине июня мне стало невозможно тяжело ходить, я чувствовала себя уткой, переваливалась с одной ноги на другую и все так же мучалась болями в спине.

У меня безумно отекали ноги, настолько сильно, что меня и в конце июня хотели положить на сохранение, но потом все-таки пришли к выводу, что для меня это нормальное состояние, Наталья Сергеевна щебетала, словно птичка рассказывала, что у нас все обязательно будет хорошо, все будет нормально.