Развод. Его случайный ребенок

– Карина Владимировна, вы же домой…

– Некогда объяснять! Вызови санитаров и каталку! У нас отслойка плаценты! И готовьте операционную.

Выбегаю обратно одновременно с санитарами. Яр сам лично бережно опускает Наташу на каталку. Ее везут в клинику, а Наглец хватает меня за руку.

– Прооперируй ее, пожалуйста.

Он так смотрит…нежно и в то же время требовательно. Уверена, так умеет только Наглец.

Несмотря на усталость, на раздражающую где-то на периферии сознания головную боль, я соглашаюсь и иду готовиться к операции.

Буквально вываливаюсь из операционной спустя почти два часа. Вымотанная, выжатая досуха. Нет сил, чтобы пойти переодеться и наконец покинуть эту клинику.

И лишь возможность столкнуться нос к носу со счастливым папашей – изменником- мужем толкает меня в спину.

Я резко вскакиваю на ноги и иду. Но не к ординаторской, а…в детское отделение. Я никогда такого не практикую по личным причинам, но иду узнать, как малыш Наташи.

– Карина Владимировна? – с удивлением вскидывает брови неонатолог.

Я кидаю взгляд на сына любовницы моего мужа, и горечь скапливается во рту. Глаза жгут слезы обиды, и я под недоуменный взгляд коллеги, бросив сдавленное «Извините», вылетаю из отделения и из клиники.

Но не успеваю даже и метра пробежать, как на ступеньках меня ловят сильные руки и тут же впечатывают в горячее тело. Как будто имеют на это право. Как будто я уже ему принадлежу.

Но в следующее мгновение силу сменяет нежность, и эти самые руки гладят меня по спине, даря то умиротворение, которое мне так необходимо…

– Все хорошо? – раздается тихий низкий голос сверху.

– Да, – отвечаю Наглецу в грудь, вдыхая головокружительный аромат.

– Пойдешь со мной на свидание? – неожиданно прерывает Наглец.

Глава 10

Карина

В голове взрываются фейерверки.

Обида и боль от вскрывшегося двоеженства Аркадия отходят на второй план.