Разреши мне любить

Все хорошо»

Потом самостоятельно осматриваю ванную и туалет и заглядываю во вторую комнату. Через несколько минут возвращаюсь в гостиную.

– Нам нужен диван, кресло, шкаф и ковер на пол, – произношу спокойнее, – В спальню комод. Кровати у мальчишек есть.

– Что еще?

– Все.

– Ясно.

Нам понадобятся множество других вещей, о которых Лешке знать не стоит. Не думаю, что он вообще заметит их в своей квартире.

Глава 20

Алексей

– Он управляется с телефона? – спрашиваю племянника, демонстрирующего мне умения робота, которого он сконструировал сам на занятиях робототехникой.

– Да, со специального приложения. Я сам все команды написал."

"Небольшой робот, внешне выглядящий как внедорожник, самостоятельно включает фары, подает сигнал клаксона и открывает двери. Делает демонстративный круг по полу и останавливается у моих ног.

– Он может трансформироваться, – с гордостью заявляет Ромаш, – но только я еще команду для этого недописал.

– Молодец! – хвалю искренне, тут же съезжая мыслями в сторону собственных детей.

Детей, мать вашу!.. Сыновей.

Результаты теста у меня на руках, и они более, чем однозначны. Я видел пацанов своими глазами и на днях перевезу их в квартиру, которую покупал для себя.

Но… несмотря на абсолютную реальность происходящего, я все еще не верю в то, что происходит. Факт моего отцовства ударяет по чердаку, каждое утро, когда я просыпаюсь. Заново оглушает каждый день.

Варя умеет превращать мою жизнь в хаос.

– Следующего робота хочу сделать в виде вертолета, – продолжает делиться Ромка, – но там нужно грамотно рассчитать его массу и размер лопастей.

Я киваю, понимая, что не далек тот день, когда мои дети тоже захотят чем-то заниматься. Конструированием, спортом или музыкой. Не знаю, чем, но я обязан сделать все, чтобы они имели возможность развиваться разносторонне.

– Какая прическа лучше? – раздается рядом голос дочки сестры Юли, – Эта или эта?..

Я оборачиваюсь и вижу в ее руках две куклы. На голове одной из них два кривых хвоста, у другой – косичка.

– Эта, – показываю на ту, что с косой.

Племяшка поджимает губы и придирчиво осматривает обеих кукол, а затем разворачивается и идет к креслу со словами:

– Миля, твои хвостики некрасивые. Ты с ними, как лохушка… ой… лохматуфка. То есть, лохматушка.

Наблюдаю за тем, как они сдирает с головы лохматушки две резинки и, вооружившись, расческой, берется за дело. Потом перевожу взгляд, на залипшего в приложении робототехники Ромаша.

Каждая их эмоция и движение теперь воспринимаются иначе.