Разлучница между нами (СИ)

– Ощущаешь дух свободы, Дина? – снова обращается ко мне Герасим так, чтобы услышала только я.

Я не отвечаю, но кидаю на него взгляд через плечо, в то время как в груди всё переворачивается от приятного жжения адреналина, гуляющего в крови. Давно я не чувствовала себя настолько живой.

В какой-то момент на очередном меандре реки я вдруг не удерживаю равновесие и чуть не падаю в воду, нелепо размахивая руками. Вот только Герасим и правда сдерживает свое слово и хватает меня за руку, усаживая обратно на свое место.

– Больше сорока лет прожил, а впервые осознаю, почему мужчинам так приятно спасать женщин, – хрипло произносит он над моей головой, и я краснею, радуясь, что почти никто этой оказии не заметил.

– С-спасибо, – выдыхаю я и быстро отталкиваюсь, чтобы не напрягать его своей беспомощностью.

Вот только весь оставшийся путь я сижу как на иголках, всеми фибрами чувствуя на спине взгляд Герасима, от которого у меня мурашки по коже.

Когда мы наконец достигаем спокойного конца реки, усталость смешивается с удовлетворением. И я ступаю на берег с четким ощущением, что этот день останется в памяти как одно из самых захватывающих и ярких приключений.

Глава 29

Пока мы преодолевали речные пороги, Макар с Тимом играли в пляжный волейбол с каким-то девчонками, на вид ровесницами Тимофея. Дети же строили замки из песка с помощью ведерок и лопаток.

– Девчонки, мы за мангалом, а вы отдыхайте, – кричит Кеша, и они толпой мужиков уходят, оставляя нас на пляже.

Некоторых жен его друзей я знаю, так как мы иногда пересекались, так что я довольно быстро вливаюсь в их слаженный коллектив, не чувствуя себя не в своей тарелке, как это бывало в обществе приятелей Антона.

– Удивлена, что Герасим в этот раз один приехал, с ним же постоянно какая-нибудь из местных моделек тусуется.

Ждана, которую я вижу впервые, кинув на меня странный взгляд, шикает на подругу и даже толкает ее локтем в бок, но та намека не понимает.

– А что? Правда же. Неужто понял, что это неприлично? Мы тут все приличные женатые люди, а он приводит всяких, которые не прочь перед нашими мужиками задом своим повертеть.