Ратник

Иногда помогали купцы из Ганзы, спасая от голода. Но нечасто. Основной поток продовольствия шел с юга и выступал важным инструментом политического шантажа со стороны князей еще в бытность города самостоятельной державой.

Сейчас же Андрей выступил с достаточно интересным и, в то же самое время, скользким предложением. Ведь новгородские купцы могли закупать зерно на юге и завозить его к себе под сниженной налоговой нагрузкой.

– А Государь нам головенки-то не поотрывает за такие выкрутасы? – резонно спросил один из купцов.

– Андрей думает, что если мы честно поспособствуем укреплению полка тульского, дабы Москву от татар крепче прикрыть, то он простит нам эти малые шалости.

– Он думает? Да кто он такой?! – раздраженно рявкнул один из купцов.

– Кто? – переспросил Панкрат с усмешкой. – Два года назад он был сиротой-недорослем, за которым числился долг в двадцать три рубля. А всего, что за душой у него имелось – это кусок разоренного поместья на дожитие да старая отцовская сабля на поясе.

– И лук, – заметил Ефрем Онуфриев сын.

– И лук, – согласился Панкрат. – Но это было два года назад. Сейчас же Андрей – законный поместный дворянин, владеющей небольшой, но вотчиной, в которой стоит крепость. Его крепость. У него есть деньги. У него есть редкие и дорогие товары. Ему даровано право личного прапора.

– Баннера? – уточнил один из купцов, имея в виду привычную для Западной Европы традицию.

Строго говоря система была очень простой.

Основная масса рыцарей не имела права на личное знамя и собственный отряд, состоящий из других рыцарей.

Однако часть из них могла стать баннеретами, которые обладали этими привилегиями. Они, как иные рыцари, были в основной своей массе нетитулованным дворянством и, по совместительству, мелкими феодалами, как правило, безземельными. Выслужившими на поле боя свое привилегированное положение.

На Руси такой традиции не имелось. Здесь личное знамя выступало в качестве индивидуального поощрения и не было связано с особыми правами.

Однако о том, как устроены дела у соседей, знали неплохо. Особенно в Новгороде, имеющем богатые связи с Германией через Ганзу, в которой эта традиция бытовала в полный рост."

"– Да. Баннера. Кроме того, царь подарил ему аргамака и очень полезную грамоту, позволяющую ему платить мыт Государю лично. И это не считай того, что вот эта лампа, – указал Панкрат рукой на стол, – его выдумка.

– Его?

– Его.