Ратник

– Он предупреждал нас не являться сюда со злыми намерениями, – нехотя сказал молодой воин из ногайцев.

– Что? Откуда ты знаешь?

– Его речь похожа на речь моей матери.

– А откуда у тебя мать?

– С востока.

– Из ойратов?

– Да.

– Значит лесной голос говорил с нами на наречии ойрат? – удивился кто-то из воинов.

– О нет, – возразил этот ногаец. – Он другой. Я его речь едва разобрал.

– И что еще он сказал?

– Проклятье. Мне показалось, что это проклятье. Было очень похоже на то. Что-то про разрушение наших сердец и гнев неба.

– Вот шайтан! – воскликнул пробирающийся через заросли кустарника воин. Он в этот момент зацепился за какой-то корешок и чуть не рухнул лицом в траву.

– Что там? – спросили его, ожидающие у лагеря.

– Да ничего!

– Совсем ничего?

– Да. Мы с братом не нашли ни одного следа. Словно ночью там людей и не было.

Старший из татар задумался.

Ойраты граничили с ногайцами на востоке и были, как сказывают, беспокойным племенем. И если бы они не дрались вечно со своими братьями, живущими еще восточнее, то ногайцам досталось бы по полной программе.

Хуже того, воины, которых они преследовали, носили доспехи, со слов этого юного воина, похожие на ойратские. Понятное дело, что уважающие себя татары-воины помнили о старине. Ведь еще их деды воевали в чем-то подобном. Во всяком случае, состоятельные. И кое у кого эти доспехи еще оставались в юртах как семейные реликвии. Но слова об ойратах ничем хорошим не пахли. Скорее они даже пованивали и очень мерзко. Ведь где они, а где ойраты?

С другой стороны, речь была похожей, но другой.

– Нужно их снова найти, – наконец произнес старший среди татар.

– Может быть подождем? – напряженно переспросил самый младший из воинов, повредивший ночью плечо. – Ты же послал за помощью.

– Найти, а не нападать, – строго ответил ему старший. – А то все зря…

– А если помощь не успеет?

– А может тебе пойти баранов пасти? – хохотнул один из воинов.

– Сколько у нас коней пало? Сколько людей? А у них? – не унимался парень.

– Они с нами играют, – хмуро произнес старший татарин. – Хотели бы убить – ночью бы мы кровью умылись.

– И что это за игра?

– Я не знаю, – покачал он головой. – Они ведь словно специально каждый раз находятся. Словно крутят перед нашим носом своим хвостом. Дразнят нас.