Ратник

Поехал вперед и начал негромко напевать, старательно подражая горловому пению, насколько он вообще мог это сделать:

Аравт болон аянгалан ниргэеЗуут болон зүрхэнд нь ниргэеМянгат болон мөргөлдөн ниргэеТүмт болон тэнгэрээр ниргэе[28]…– Что это? – удивился Кондрат, настигнув Андрея и перебивая его.

– А? Да так, увлекся немного.

– Это звучит жутко… Что это за язык?

– Монголов.[29]

– Кого? Кто это?"

"– Ну… – Андрей завис, подбирая слова и смысл, ибо в XVI веке мало кто на Руси помнил про монголов, именуя почти всех степняков под одну гребенку – татарами.

После чего произнес: – Это язык тех, кто когда-то давно завоевал всех татар в этом мире. И много других племен. Объединив земли от великого моря на востоке до Дуная на западе. От Новгорода на севере, до магометанских владений у Гроба Господня на юге. Милашки, правда?

Часть 3. Ва-банк

– Отец, где мы?

– Ну, положим, в России.

– И на том спасибо. А чуть конкретнее?

– Тульская область, деревня Селезневка.

к/ф «Ширли-Мырли»Глава 1

1554 год, 19 июля, где-то южнее ТулыАндрей отводил свой отряд, стараясь не отрываться от преследователей слишком далеко.

Время от времени даже опасно сближался, обозначая попытку атаковать. Но те спешно отходили. Пару раз имитировал засады, вызывающие еще более спешное бегство неприятеля. Иногда «терялся», но всегда «находился», так как этот «хвост» требовался ему для реализации своей затеи.

За это время количественный и качественный состав преследователей изменился. Отряд ловцов отошел и почти больше не мелькал.

Вместо него подошло два отряда воинов степи. Голов в пятьдесят. Однако качество преследования от этого не повысилось. Скорее наоборот.

Вот и сейчас.

Татары опять его потеряли после переправы через маленькую не то речушку, не то крупный ручей. Там очень густая растительность была – кустарники много выше человеческого роста. Поэтому ничего удивительного в этой потери не было. Давая время на подготовку шалости нового толка.

Когда же все было готово он встал на небольшом возвышении в очередном узком проходе между лесными массивами с густыми подлесками.

И достав из планшета самодельную карту, начал с ней работать.

Планшет… Карта…

Для XVI века – дикость и анахронизм. Технически карты существовали, но они были скорее концептуальными, чем прикладными. Да и эпоха Великих географических открытий только начиналась, поэтому даже карты береговых линий и имелись очень и очень приблизительные. Да и те – землях Иберийского и Апеннинского полуостровов.