Рассвет наступит незаметно

 – Я же вам объяснял, что для этого города немало сделал, и икону искал, чтобы в кафедральный собор святыню вернуть. Я не меньше Васина Малодвинск люблю. Я в нем родился, вырос и жизнь прожил. Вот так-то.

– Ну и замечательно, – искренне сказал Андрей. – А Варлааму явно в музее место найдется. Тем более что вся его история так чудесно Валевским описана. А уж последнюю главу дописать нетрудно, да, Ксюша?

– Да, – согласилась Ксения, у которой отчего-то сильно щипало глаза. – Нет больше никакого проклятия Варлаама. Жаль только, что ни Вика, ни Николай Петрович не дожили до сегодняшнего дня.

– Похороны в понедельник, – тихо сказал Соболев. – Я организовал. Их обоих рядом с Анастасией Угловской похоронят. Будут рядышком внучка, бабушка и человек, который ее всю жизнь любил. Светлая им память.

– Что теперь? – тихо спросила Ксения у Андрея, когда все наконец разъехались.

Часы показывали начало седьмого, и она вдруг поняла, что сильно устала от обилия впечатлений и событий этого дня.

– Если ты спрашиваешь про сегодня, то мы сейчас сходим проведать твою дочь, все ей расскажем, что-нибудь вместе поедим и перевезем тебя ко мне.

– К тебе?

– В дом моей бабушки, которой ты, кстати, очень сильно бы понравилась. Я это знаю. А если ты спрашиваешь про вообще, то я думаю, что мы с тобой побудем в Малодвинске еще с месяц. Подготовим экспозицию для музея, посмотрим, как будет смотреться Одигитрия в церкви, поддержим твою дочь в начале учебного года, а потом потихоньку поедем в Москву. Или ты не согласишься оставить Милу одну?"

"В голосе его звучало затаенное волнение.

– Нет, Мила – взрослая женщина, умеющая принимать решения и за них отвечать. Моя готовность приехать сюда помогла ей пережить предательство, но со всем остальным она точно справится. Зная ее характер, я убеждена, что до конца учебного года она своих учеников не бросит, но и сама не пропадет.

Погодин тихо обнял ее, прижав голову к своему плечу. Через открытую форточку издалека доносился колокольный звон, свидетельствуя об окончании субботней вечерни.

– Очень Викторию жалко, – сказала Ксения. – Пусть даже я никогда ее не видела, но девушка, похоже, была чудесная.