Рассвет наступит незаметно

Это оказалась прирученная лава, одомашненная, ручная, действительно всего лишь топящая сковывающие Ксению льды одиночества, ответственности за свою жизнь, за дочь, за все вокруг. Лед был необходим как броня, чтобы выстоять в жизни, полной обид и опасностей. Сейчас он таял, потому что в нем больше не было нужды.

Да, на кровати оказалось гораздо удобнее. Кажется, она сказала это вслух.

– Я тебя уверяю, что на столе тоже будет удобно и, возможно, на подоконнике, и, например, у стены. Правда, чуть позже, – ответил Погодин.

Ксения засмеялась. Лежащий рядом с ней мужчина был в такой отличной физической форме, что мало кто мог бы с ним конкурировать. Кажется, она сказала это вслух.

– Никто со мной конкурировать не будет, – тут же отреагировал он. – После меня вообще никого не будет. Так и заруби на своем прекрасном носу.

– Надо вставать, – чуть виновато сказала Ксения. – Меня, наверное, Милка уже потеряла. И, если честно, есть очень хочется.

– Да, с завтрака мы потратили довольно много энергии, – согласился Андрей.

– Я приготовлю обед, – сказала она. – Продукты есть или сходить домой?"

"– Есть, я все купил, но до кулинарии руки так и не дошли. Все время находятся какие-то более важные дела. Есть правда хочется. Так что если ты встанешь к плите, то я, пожалуй, закончу уборку в подвале. Весь хлам я оттуда вытащил, осталось подмести и паутину снять.

– Найду.

Ксения стеснительно завернулась в простыню и прошествовала в коридор, где, по ее разумению, и должна была находиться дверь в ванную комнату. Сзади послышался веселый смех.

– В нашем доме расположение всех помещений немного нестандартное, – сообщил ей в спину Андрей. – С первого раза не найдешь, куда именно идти. Ванная в другом коридорчике, иди покажу.

Конец фразы он произнес каким-то странным голосом, словно внезапно задумался о чем-то, не имеющем к Ксении никакого отношения.